Сидя в шезлонге, Фархад с задумчивым видом потягивал остывший чай из фаянсовой пиалы и изредка поглядывал на Пулата. Тот, фыркая словно морж, плавал по центральной дорожке бассейна. Кроме них двоих и охранника в дверях, в громадном аквакомплексе никого не было. Внутри было тепло, даже душновато, но, несмотря на это, на Фархаде был неизменный черный костюм. Даже в свободное время начальник охраны предпочитал официальный стиль. А может, не хотел, чтобы кто-то лишний раз мог увидеть его наплечную кобуру с пистолетом.
Вдоволь наплававшись, Пулат наконец поднялся по лесенке и, пригладив волосы, сел рядом с Фархадом.
– Распорядиться принести какой-нибудь напиток? – спросил Джафаров. – Шербет, чай?
Пулат покачал головой и взял полотенце, начиная тщательно вытирать свое грузное тело.
– Не надо. Хочу просто посидеть.
– Ты плохо выглядишь, брат, – заметил Фархад, пристально глядя на главу диаспоры.
– Спасибо, что напомнил, – буркнул Пулат.
– Зато я всегда честен с тобой.
– Ладно, оставим комплименты и разговоры о внешности для женщин, – сказал Пулат, швыряя полотенце на соседний шезлонг. Он уселся рядом с Фархадом, вытянув ноги, покрытые черными волосами. – Рассказывай, какие новости.
– Мы можем обсудить это позже, если хочешь…
– Я сказал – рассказывай, – повторил Пулат, и его голос прорезали стальные нотки.
– Ну хорошо. Те парни, которые влипли в дело по изнасилованию… Я разговаривал с Нарбеком, он водитель Темира и отец одного из мальчишек, Мансура. Так вот, Азамат – это его приятель – арестован.
– Вот как? Быстро дали ход делу по этой девчонке…
– Ты ошибаешься, изнасилование тут ни при чем. Его взяли за нападение на Павлова.
На одутловатом лице Пулата появилось изумление:
– Он что, в одиночку решил с адвокатом разобраться?
– По всей видимости, – сказал Фархад. – Он в клубе ММА состоял, участвовал в соревнованиях. Но Павлов его скрутил. Крепкий мужик оказался, и теперь парень за решеткой.
Пулат поморщился.
– Эх, молодость, молодость, – пробормотал он. – Горячая кровь… и что, много свидетелей?
– Мальчишку взяли с поличным, у него был нож. Потом этот нож был опознан по делу той девчонки. Дурак даже не выбросил его. Оказывается, они угрожали ей, пока Мансур… в общем, ты понял.
– Понял, – мрачно кивнул Пулат. – Плохо дело. Слишком много опрометчивых шагов, которые не остались без последствий. Так что там с делом по изнасилованию? По моим сведениям, оно все-таки передано в Следственный комитет.
– Именно так, – подтвердил Фархад. – Все очень сложно, Пулат. Если бы дело ограничивалось полицией, мы нашли бы подходы к ментам. Но Следственный комитет – совершенно другой уровень. Я не сомневаюсь, что туда тоже можно найти выход, но на это требуется время. Время и деньги. Пока что ситуация складывается не в пользу мальчишек. И скорее всего, у них будет судимость. Уж во всяком случае, у Азамата точно.
– Так сделай так, чтобы у второго не было, – с плохо скрываемым раздражением бросил Пулат. – За него специально Тураев просил, я ему обещал помочь! Предложите этому следователю денег, наконец… Пускай у этого Мансура хотя бы условный срок будет!
Фархад тщательно обдумывал указание шефа.
– Брат, так мы без штанов останемся, если будем направо-налево деньгами разбрасываться… Не забывай, что следак из комитета не чета менту. Он берет по повышенному тарифу. Мы разоримся, если будем каждого щенка вытаскивать из неприятностей!
– Кто еще поддержит земляка, как не мы?! – возмутился Пулат. – А если бы это был твой сын, Фархад?! Ты бы сразу побежал к нам! Мы и только мы в состоянии помочь в нужный момент нашим людям!
– Я посмотрю, что можно сделать, – вздохнул Джафаров.
– А что касается Павлова, слышал я о нем совсем недавно, – сказал Пулат. – Он вдобавок ко всему какими-то мотоциклистами занялся. Они зарезали мальчишку-курьера. Как шакала убили, толпой на одного. Их тоже показали, когда они в суде были: сущие бандиты и наркоманы! Бритоголовые, а морды как у маньяков! В прессе писали, что они нацисты!
– Ничего удивительного, – хмыкнул Фархад. – Эти русские не имеют своей самобытности. Они копируют все у кого угодно, только не развивают своего…
Он замолк на полуслове, видя, как на столике завибрировал телефон Пулата. С явной неохотой глава диаспоры ответил:
– Слушаю тебя, Темир. Надеюсь, на этот раз ты с хорошими новостями.
– К сожалению, нет, Пулат Надирович, – услышал он дрожащий голос Тураева. – Порадовать мне вас нечем. А все из-за этих нескончаемых проверок! Работу нашего центра приостановили, теперь стоит вопрос об отзыве лицензии! Что делать?! Мне сегодня утром сказали, что решается вопрос о возбуждении уголовного дела! Там целый набор статей, я устану их вам перечислять! И Павлов был снова сегодня! Грозился, что это только начало!
– Темир, я тебя услышал, – произнес Пулат уставшим голосом. – Будь на связи и не истери. В конце концов, ты же мужчина. Все.
Директор миграционного центра продолжал что-то торопливо говорить, но Пулат уже сбросил вызов и пристально посмотрел на Фархада:
– Ну что, облажался с Павловым? А ведь все оттуда началось!
