— Ну ты прямо как всегда, Косточка, — криво усмехнулся тощий темнокожий мужчина. По-нормальному он улыбаться не мог физически: всю правую сторону его лица покрывало густое, бугристое, розовое с белым месиво. Словно кто-то взял великанскую, очень грубую наждачку и от всей души стесал кожу с частью плоти. Причём щёку стесало аж до зубов, а потом неумелый, хоть и старательный хирург кое-как стянул ошмётки плоти, соединил-срастил, добавляя новых шрамов — зато теперь из дырки ничего не вываливалось во время застолья.
«Что-то многовато тут людей со шрамами…»
— Торговля — тот же бой! — заявила Урма. — А посредник — как секундант.
— И сколько ты сдерёшь с меня за посредничество, Косточка?
— Ой, сочтёмся.
— Нет уж! Давай, назначай конкретную сумму.
— Может, двадцатую?
— Это доля нормального посредника. Нор-маль-но-го. А ты что такого тяжкого сделала, чтобы облегчить мне сделку?
— Ой! — наигранно заморгала Урма. — То-то я подумала, что о чём-то забыла… вот моя вам консультация: Мийол — маг-призыватель, у него на борту еда с берега. Акула — безжалостный, скупой, чёрствый, ленивый, жадный, пронырливый, упрямый, хитрый…
— Не перехвали.
— …влиятельный и опасный тип из наследственных гамачников, пролезший в скалогрызы, торгующий вообще всем. И со всеми. Но обычно барыжит здесь, на Хлебном рынке, потому как он ещё и арматор с флотом в шесть морских судов…
— Уже семь, Косточка! Семь!
— …возящих для гнездян в основном еду. И дерево. И шёлк. И ещё всякое.
— Сороковая, и только из моей к тебе симпатии.
— Двадцать пятая.
— Сороковая.
— Скупой и жадный. Двадцать пятая, Акула, иначе в следующий раз я приведу клиента не тебе, а Жадюге!
— Так и быть, тридцатая.
— Но тогда я сама выберу долю.
— Ладно уж. Только ради твоих прекрасных… — Акула задержал взгляд на оттопыренной алой маечке, — глаз.
— Да! — Урма подпрыгнула, вскидывая к облакам сжатые кулаки. То, что так задорно оттопыривало маечку, подпрыгнуло тоже. — А теперь торгуйтесь! — снова велела она, довольно характерным жестом направив раскрытые ладони на Мийола и Акулу, после чего с хлопком свела их. — Да начнётся кровавая битва!
Маг с тонкой улыбкой подал торговцу исписанный лист бумаги. Тот внимательно прочёл каждый пункт длинного списка, не пропуская чисел, обозначающих количество каждого продукта.
— Что насчёт качества? — спросил, не отрываясь.
— Проверено перед загрузкой.
— А когда загружались?
— Пятый-шестой прошлой недели. В Даштрохе.
— Немалый конец.
— Обстоятельства, — Мийол повёл плечами.
Акула снял с пояса планшет, извлёк из пенальчика на нём стило и минуты три черкал на поданном листе, подчёркивая отдельные пункты. Затем подбил итог и передал лист обратно. Маг одним взглядом мазнул по листу, свернул и спрятал. Спросил:
— Где разгружаться? Желательна твёрдая площадка.
— У-у-у! Скучные вы, — нахмурилась Урма. — Сумму хоть скажите!
— Твоя доля — ровно тринадцать клатов.
— Что? Сделка на почти четыре сотни?! У-ух! — она снова подпрыгнула. — Но… это же прям сотни пудов.
— Почти пятьсот, — уточнил Акула. — Я не всё взял. Той же рыбы у нас самих хватает.
— Вот! А как столько влезло-то?
— Пространственные короба, — сказал Мийол. — Довольно очевидное решение.
— Кстати о коробах, — опять Акула. — Кто их делал?
— Интересуетесь артефактами?
— Конечно. Кто ими не интересуется?
— Тут есть некоторые сложности. Васька! — обернулся призыватель к яхте. — Спустись на пару минут, будь любезна.
— Ну, спустилась, братец. Что от меня требуется?
— Расскажи уважаемому Акуле, что нужно вам с отцом, чтобы сделать пространственный короб вроде тех, что встроены у нас в корпус.
— Немного нужно. Оборудование у нас есть, — Васаре приложила указательный палец к подбородку, — инструментов комплект, кое-какие остатки диколесского добра тоже. В общем, требуется только место для мастерской на твёрдой земле… и время.
— Сколько места? И сколько времени?
— Места — квадратов так… м-м… шестьдесят. Если по минимуму. И не разворачивать алхимическую лабу. Но лучше развернуть, иначе работа с местным сырьём осложнится.
— У вас ещё и алхимическое оборудование есть?
— Есть.
— Много?
— Порядком.
— А кто у вас по алхимии?
— В основном я, — сказал Мийол. — И моя ученица. Но с мастерством пока не очень — сами понимаете, возраст. К тому же это у меня дополнительная, а не основная специализация.
— Понимаю, — медленно сказал Акула. — На какой срок вы планируете обосноваться в наших местах?
— На год. Или два. Пока не стану подмастерьем, одним словом. А потом…
Призыватель развёл руками, показывая неопределённость долгосрочных планов.
— Понимаю… — повторил торговец. — Давайте так: сколько вам требуется места для жизни и работы — не по минимуму, а по максимуму?
