На лужайке перед баней пятеро бандитов жарили шашлык. Это им, скорей всего, было поручено сторожить парящихся пленников. Но пока баня пустовала, работы у них не было, и они расслаблялись. Девять шампуров с мясом роняли сок в горячие угли. На раскладном столике горкой лежала зелень, стояли бутылки с минеральной водой и газировкой, большой пакет с кетчупом и здоровенное блюдо с хлебом.
Олег не стал скромничать. Он быстро и уверенно шагнул к мангалу, снял один из шампуров. Со стола прихватил пучок зелёного лука и ржаную горбушку. Но задел открытую бутылку «Колы», ругнулся, когда шипящая газировка полилась на землю, неловко повернулся, зацепил ногой стол, смешно задёргался, растерявшись…
— Скажите главному, что всё готово, — поспешно сказал он поднимающимся со своих мест бандитам.
Он отступил, унося добычу — мясо на остром шампуре, зелень и краюху, меж которыми спрятался ловко прихваченный хлебный нож.
Его могли остановить.
Но его не остановили.
Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы завершить подготовку. Теперь он был сосредоточен, и посторонние мысли не мешали его работе.
Жуя пахнущую дымком баранину, Олег обошёл стенды, погладив полированные бока каждой стальной тыквы, стоящей на железном треножнике. Он в последний раз проверил все соединения, статусы контроллеров, состояние программ. И покосился на бритоголовых телохранителей.
Те настороженно следили за его действиями. Они, наверное, отлично понимали всю опасность опытов с «материалом». Вот бы они задёргались, если б узнали, что успел сделать пленник в короткие предрассветные минуты, когда уставший от скучного бдения надзиратель ронял голову на грудь и, всхрапывая, задрёмывал в разложенном возле двери шезлонге.
Олег, не сдержавшись, подмигнул головорезам.
Да, он не зря прожил прошлую ночь.
Стальные тыквы, помеченные красными кружками, лежали сейчас под брезентом в общей куче. А на боках установленных на треножниках тыкв красных пометок не было.
Он несколько раз оставлял «лабораторию» и перебегал на сторону, откуда можно было видеть баню. Он надеялся высмотреть Татьяну — хотя бы издалека; ему хотелось, чтобы и она его заметила. Но ему не повезло: он успел увидеть лишь её спину. Два человека затолкнули его жену в баню и вошли следом. Один из них был «Бенелли» — он задержался в проёме, не позволяя тугой пружине закрыть дверь, обернулся и что-то сказал отдыхающим на лужайке бандитам. Те сразу же подобрались.
Олег зубами снял с шампура последний кусок мяса и высоко поднял руку. Он не сомневался, что «Бенелли» его заметил.
Пока что всё шло по плану.
Олег дождался, когда «Бенелли» с товарищем выйдут из бани, призывно помахал им шампуром и, развернувшись, быстро зашагал в «лабораторию».
Сканирование смарт-карты, нажатие двух клавиш, подтверждение команды — дело нескольких секунд.
Бритоголовые сторожа и понять ничего не успели — чёрные нашлёпки на блестящих тыквах треснули по незаметным ранее швам, раскрылись, словно бутоны; тихо и тонко засвистел вырывающийся на свободу невидимый газ.
Олег перестал дышать.
Он увидел, как изменились лица кинувшихся на него охранников. Они ещё не осознали, что произошло, и газ ещё не успел на них подействовать — они просто испугались.
Он убил их.
Это было несложно: они находились слишком близко, и всё то оружие, что висело на них, только им мешало.
Первому близнецу Олег загнал шампур в глаз. Второму близнецу ножом-хлеборезом вспорол горло.
Стащив автомат с дёргающегося трупа, Олег бросился к выходу. Оказавшись на улице, он прыгнул влево — в дремучие заросли лопухов и крапивы, откуда можно было по стволу подгнившей у корня осинки вскарабкаться на плоскую крышу стоящего рядом сарая, прежде чем «Бенелли» с сопровождающим покажутся из-за угла.
Газ распространялся стремительно. Незримое облако безумия должно было накрыть территорию лагеря за пять-семь минут. Поднимать шум раньше не стоило — Татьяна всё ещё оставалась заложницей.
Олег не дышал полторы минуты.
Больше не дышать он не мог.
Почему-то он думал, что первый же вдох сделает его кровожадным безумцем. Но нет — растворившийся в воздухе яд на него не подействовал.
Олег видел, как из «лаборатории» вывалился окровавленный «Бенелли». Он размахивал пистолетом, будто молотком, избивая воющее существо, вцепившееся ему в глотку.
Олег поднял автомат. И тут же отложил его подальше — шуметь сейчас было нельзя.
Кругом были враги. Нельзя было выдавать себя.
Ведь в бане пряталась жена…
Олег, приподнявшись, жадно смотрел, как катаются по земле его мучители. Они совсем потеряли человеческое обличье. Рвали, грызли друг друга — будто бешеные псы.
Поделом! Поделом!..
Олег вдруг понял, что хрипит, вторя дерущимся. Пригнулся, припал к плоской крыше, зажимая рот руками, нервно хихикая.
Тихо! Нельзя шуметь! Эти бешеные теперь везде!
Отомстил! Отомстил!
Теперь они будут его искать!
Ни за что теперь не отстанут!
Тихо, тихо, тихо…
