Михаил Кутузов: стратегия победы полностью

Покорнейше прошу Вас, Милостивая государыня, чтоб укрепления, сделанные нами близ села Тарутина, укрепления, которые устрашили полки неприятельские и были твердою преградою, близ коей остановился быстрый поток разорителей, грозивший наводнить всю Россию, чтоб сии укрепления остались неприкосновенными. Пускай время, а не рука человеческая уничтожит их; пускай земледелец, обрабатывая вокруг их мирное свое поле, не трогает их своим плугом; пускай и в позднее время будут они для россиян священными памятниками их мужества; пускай наши потомки, смотря на них, будут воспламеняться огнем соревнования и с восхищением говорить: “Вот место, на котором гордость хищников пала пред неустрашимостию сынов Отечества!” Сосед Ваш, князь Волконский, вызывается поставить памятник русским воинам на земле принадлежащего ему селения Леташевки, но Вы не имеете нужды воздвигать памятников. Тарутинские укрепления, грозно возвышающиеся между спокойными Вашими нивами, будут сами по себе неизгладимыми следами русского мужества и русской славы.

С искренним высоко почитанием и преданностию честь имею быть Вашего Высокопревосходительства покорнейший слуга

(подписал): князь К. Смоленский»

Почтенная помещица села Тарутина, во уважение столь благонамеренной просьбы знаменитого вождя российского воинства и в незабвенную память славы русских, стяжанной ими на полях Тарутинских, изъявила согласие свое на исполнение желания сего тем с живейшим удовольствием, что и сама имеет неограниченную любовь к славе своего отечества.

Между тем как граф Платов, прогнав неприятеля до самого предместья города Данцига, для пресечения всякого сообщения, обложил сей город войсками, им командуемыми, фельдмаршал князь Кутузов дал повеление графу Штейнгелю подвинуть в подкрепление графу Платову отряды генералов Иловайского 4-го и Каховского, а генерал-адъютанту Васильчикову предписал, выступив из Менженина, идти на соединение с авангардом генерала Милорадовича, который следовал по направлению к Худеку. В сие время, 11 января, главная российская квартира переведена была в Йоханнесбург.

Корпус Австрийский под командою князя Шварценберга и генерала Ренье по приближении наших войск везде отступал. Генерал граф Пален и генерал-адъютанты Васильчиков и барон Винценгероде преследовали его беспрестанно.

Генерал-майор граф Воронцов, пользуясь повсеместным поражением неприятеля, прибыл к городу Бромбергу и 11-го числа занял своими войсками. Здесь нашел он 200000 пудов муки; 7000 варшавских карцев овса; 100 берлинских карцев гороху; более 2000 бочек соли и 2000 пуд свинца; сверх того, граф Воронцов захватил в плен адъютанта маршала Бертье.

Князь Кутузов прибыл с главною квартирою в Вилленберг 15 января; здесь узнал он, что австрийцы тянутся к Пултуску, а маршал Даву с остатками 1 и 8 корпусов, оставив Торн, пошел к Познаню. Почему фельдмаршал предписал, дабы адмирал Чичагов, следуя с армией к Лебау, приближался к Торну, как для наблюдения за сею крепостью, так и для прикрытия Бромбергских магазинов, генералу же Милорадовичу велел поспешить в местечко Празницы. По исполнении сего сими двумя предприимчивыми генералами варшавские жители приведены были в такое расположение, что они стали желать прибытия российских войск, ибо слышали уже о великодушном их обхождении с побежденными.