Маша не ожидала от меня такой грубости:

– Саша, почему ты девушке грубишь?

– Да, Саш, почему? Ты же обещал! Вот посмотри… Мой паспорт видишь? У меня сегодня день рождения – 18 лет! Конечно, если ты занят, я могу прийти и завтра… Ты же должен, должен выполнить своё обещание!

– Что же ты такое ей обещал? – Маша явно была заинтригована.

– Понимаешь, Маша, эта девушка мечтала потерять девственность с каким-нибудь известным актёром типа меня, типа звездой, в типа пятизвёздочной гостинице, типа в апартаментах с видом на море и, чтобы… Короче, я ей не дал! Но успокоил и как бы намекнул, мол, избавься от «обузы», тогда и приходи. Так что ты думаешь? Она на следующий день с этой «обузой» рассталась и снова ко мне заявилась. Мол, обещал – выполняй. Меня спасло то, что она несовершеннолетняя. И я ей снова не дал! Но опять оставил надежду. Станешь совершеннолетней, тогда. И вот сегодня… – ты видишь этот паспорт – она стала совершеннолетней! И требует исполнения своей мечты – отдаться звезде в полулюксе, в котором есть мини-бар, джакузи и голливудский вид из окна. Ну? Как тебе эта тургеневская барышня? Да, я вас не познакомил. Вика, это учительница. Её зовут Маша. Давай спросим у неё как у учительницы, что мне теперь с тобой делать?

– Ой, а вы, правда, учительница?

– Да, конечно! И вот что я тебе скажу, девочка! – Маша заговорила с моей интонацией, когда я воплотился в роль одесского авторитета:

– Как учительница хочу тебя предупредить. Если сейчас же отсюда не свалишь, мои пацаны тебе оторвут челюсть – не сможешь мастурбировать у зеркала!

Я думаю, Вика не сразу вникла в смысл этой угрозы:

– А вы точно учительница?

– Учительница, учительница… – подтвердил я. – Поэтому она за свои слова отвечает, так что извини, езжай-ка лучше домой. Ведь если она сделает то, что обещала, у тебя уже не будет никакого будущего! Хотя нет, погоди… Чуть не забыл – у тебя же день рождения. Нехорошо так тебя отпускать, совсем ни с чем…

Обеих своих девушек я пригласил бар, заказал три бутылки хорошего красного вина, одну распили сразу за совершеннолетие и потерю «обузы», а две я попросил запаковать и по традиции подарил Вике:

– Одну бутылку, как всегда, отдашь маме, другую распей с соседями. И не забудь сказать, что это именно я тебе их подарил – русская звездища! А теперь тебе, Вика, пора… Да, и можешь, как всегда, сказать, что твоя мечта исполнилась во второй раз!

Вика попросила бармена нас втроём сфотографировать. А перед тем как сесть в лимузин, спросила у Маши номер её телефона.

– Зачем тебе?

– Ну так, на всякий случай… Может, когда совета какого спросить… у учительницы, – что-то эта догадливая малявка всё-таки смекнула.

А потом я проводил Машу. Не на лимузине, а на простом такси. Мы подъехали к её дому, вышли из машины, подошли к подъезду и остановились.

– Ты знаешь, Саш, меня никто не провожал с тех пор, как я вышла замуж!

– А поцеловаться на прощание?

– Нет-нет… Да я уж и разучилась.

Осторожно обняв, словно это была китайская вазочка из тончайшего фарфора, я поцеловал её в щеку. Так целуются дети, которые ещё не знают, как надо целоваться.

– Это был самый сексуальный вечер в моей жизни! – Маша обняла меня и поцеловала тоже в щёку.

– В каком смысле?

– Когда-нибудь, если у нас ещё будет возможность… а у нас ведь три дня впереди, я тебе расскажу по секрету кое о чём. Оценишь, я уверена!

– Ты меня уже во второй раз интригуешь.

– Восток – дело тонкое!

В тот вечер для моего мозга информации было предостаточно. Я не стал её ни о чём подробнее расспрашивать. Единственное, что себе позволил, – признаться в очень-очень сокровенном:

– Я тоже давно никого не провожал до дома…

Перейти на страницу:

Похожие книги