В “Таверне имени ОСТРОГО ЗРЕНИЯ ОЧЕНЬ ДИКОГО КРОЛИКА” Бывший Лётчик Контрабандист Вовка заглянул в центральную часть правого полушария головного мозга некоего Михасса и, отхлебнув пива, невнятно пробормотал: – КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.
P. S.
По дороге к “Южному Порту” шёл никому не известный уличный музыкант. Грустно посматривая по сторонам, он негромко напевал весёлую песенку.
Шум океана заглушил последние слова песни.
У стало опираясь на меч, Четвёртая Принцесса стояла у входа в пещеру. Позади осталось сто восемь тяжёлых снов – впереди одна Бесконечная Зимняя Ночь.
Снежинки сверкали в лунном свете. Налипая на пушистые ресницы, они таяли и, притворяясь кристально чистыми слезами, стекали вниз, замерзая где-то у самого носа. На дико дикорастущем кустарнике распустились красные и жёлтые розы. С высокой ели вспорхнула пара посторонних. Принцесса вздохнула, убрала меч в ножны и, отряхнув от снега плащ, шагнула внутрь.
Дикий Ёж качался в кресле-качалке и пускал мыльные пузыри. Дверь бесшумно распахнулась. Дик повернул голову и удивлённо посмотрел на нежданную ночную гостью. Заметив под плащом девочки меч, ёжик улыбнулся.
– Сезон охоты открыт? Наверное, на Диких Кроликов?
– Сегодня, когда вечер был на пороге, за окном падали синие и чёрные листья, – печально сказала принцесса.
Ёжик понял всё.
– Контрабандист уже в городе?
– Уже в Замке. Вернее, даже уже не в Замке.
– Ого! – удивился Дик и пошёл жарить яичницу.
Соня быстро пришла в себя. Плащ и меч лежали у камина. Девочка забралась с ногами в глубокое бархатное кресло. В кармане её широкой юбки что-то жалобно покашливало. Хозяин разливал красное вино по гранёным стаканам с непонятной надписью на дне: «7 коп.»
– Но дело даже не в преступной небрежности Вовки. Эта контрабанда, – ёж показал на меч. – Только начало необратимого нарушения равновесия между массой ошибочной точки зрения на направление развития интеллектуальных способностей детей, подозрительной склонности к анализу теории вероятности попадания в абсолютную пустоту и условной силой настроения диких завоевателей необитаемых островов потревоженного подсознания рассерженных исследователей первого шага на пути выхода из этого сна.
– Чего?!!! – принцесса растерянно захлопала глазами и зачем-то широко открыла рот, пытаясь понять вышесказанное.
Ёжик не смог сдержать улыбки, – Туман. Туман с западного берега Великого Северо-Восточного моря уже окутал неприступные башни картонного замка Сурбитон.
– А что это за замок?
– Замок Угасших Надежд.
Почувствовав дикую усталость, Соня оставила попытки что-либо понять.
– Ди-и-и-ик, – протянула она. – Нет ли у тебя чего-нибудь сладенького?
– Конечно, есть, моя девочка! – дико засуетился хозяин. Он подбежал к большому зеркалу, снял с подзеркальника тазик с холодной водой, на дне которого, тихо похрапывая, мирно спал Дикий Рак, затем приподнял зеркало вверх и вынул из тайника маленькую коробку с тортом «Птичье Молоко».
– Это ты от Михасса прятал? – расхохоталась Четвёртая Принцесса.
– Да, – кивнул головой хозяин и дико помрачнел.
После чая с тортом девочку стало клонить в сон. Чтобы хоть немного взбодриться, Сонечка решила ополоснуть лицо. Она подошла к тазу с холодной водой и погрузила руки в кристально чистую воду, но тут проснулся рак и цапнул принцессу за руку.
Дикая боль пронзила её от запястья до позвоночника. Соня вскрикнула и, потеряв сознание, грохнулась навзничь.
