Миколка Лиходей полностью

Баба-Яга. Ну, а как не поверить-то! Все как по маслу. Зря я, что ли, в школе злодеяний сто лет и тридцать три года директором работаю? Я еще Миколку Лиходея вот таким помню. Злым особо он никогда не был, так только, пакостил все по мелочи, да в тетрадочку записывал, кого сколько раз за косичку дернул. И театр он всегда любил. Так что его облапошить дело не хитрое! Был бы актерский талант! У меня ноги затекли только, помоги-ка мне встать.

Злыдня Степановна. Мы так-то в школе злых дел, не забывай.

Баба-Яга. Да ладно! Помоги, пока ученики не видят.

Злыдня Степановна помогает Бабе-Яге подняться.

Дом Миколки Лиходея. Заходит, уже не крадучись, Миколка Лиходей. И снова на него выливается ведро воды, высыпается мука, и он, оступившись, падает в подпол. Вылезает, бредет к стулу, подскакивает на кнопках, стряхивает их, садится и заливается горькими слезами. Смотрит на портрет.

Миколка Лиходей. Папа! Папочка! Я разбойник в девятом поколении! Моим именем пугают детей. Взрослые обходят меня стороной. Все, все знают, кто такой Миколка Лиходей! Столько лет я каждый свой поступок записывал и бережно хранил, сколько томов исписал! Скольким людям я наделал неприятностей, а теперь самому жизнь не в радость! Извела меня девчонка шалопутная, никакого житья от нее нету! Сживет меня со свету и глазом не моргнет! Дай совет мне, мигни глазом хоть, что ли! Как мне быть? Что мне делать? Как избавиться мне от нее? Папочка!

Миколка Лиходей рыдает, не надеясь получить ответ. Как вдруг портрет и вправду подмигнул и заговорил!

Портрет. Сын мой! Миколушка! Возьми книги свои, в коих все дела твои записаны. Перечти их внимательно, да пойди, у каждого, кого ты обидел, попроси прощения, подсоби ему, чем можешь. Мимо человека в беде не проходи. А потом воротишься домой, и будешь жить тихо, мирно и счастливо!

Миколка Лиходей. Сделаю! Все сделаю! Папа, все-все, как ты сказал, так и будет!

Миколка Лиходей убегает. Через некоторое время из-за портрета появляется Дуняша. Она поет веселую песенку и начинает прибирать в доме.

Прошло несколько лет. Чисто и светло стало в доме Миколки Лиходея. Красивые занавески, цветы, птицы – все, как в сказке! Дуняша вышивает. Входит Миколка Лиходей: седой стал совсем, борода отросла длинная. А глаза – добротой светятся.

Дуняша. Здравствуй, папа.

Миколка Лиходей. Здравствуй, Дуня. Как живешь-поживаешь?

Дуняша. Хорошо поживаю.

Миколка Лиходей. А где ведро с водой, где мука? Подпол чего закрыт?

Дуняша. Так ни к чему это все теперь.

Миколка Лиходей. Как это? Зря я, что ли, столько лет по свету бродил?

Дуняша. Не зря бродил. Сердце свое исцелил добрым делом.

Миколка Лиходей. Пока всех обиженных мною отыскал, пока повинился перед ними, много передумал я, много понял.

Дуняша. Папа, ты простишь меня?

Миколка Лиходей. Прощу, куда деваться. Я уж догадался потом, что ты специально притворялась, чтобы меня проучить! Чтобы я сам почувствовал, каково это – когда тебя обижают. И что ты тогда со мной разговаривала, из-за портрета, нарочно мне такой наказ дала.

Дуняша. А раз догадался, почему домой раньше не вернулся?

Миколка Лиходей. Так добрые дела-то тоже затягивают.

Дуняша. Может торт постряпать?

Миколка Лиходей. А давай! Отпразднуем это дело!

Миколка Лиходей и Дуняша обнимаются. Со стены подмигивает портрет.

Конец.