Затем они с Дженсеном втянули головы обратно. Все уже кое-как расселись по краям заросшей мхом пещерки, в центре которой лежал завернутый в одеяло Амар — он заснул-таки в конце концов. Слева на голове у него виднелась длинная царапина — от виска чуть ли не до самой макушки. Просто царапина? Или, не дай бог, признак подступающей микропатии? Как бы там ни было, с Сингхом решили оставить Рика — пусть приглядывает за ним хорошенько, а остальные тем временем попробуют залезть на верхушку дерева. Радиогарнитур было четыре штуки. Одна останется у Хаттера, другие разберет группа древолазов.
— Сохраняем радиомолчание, пользуемся только в крайнем случае, — напомнил Питер.
— Думаешь, кто-то из «Наниджен» может подслушать? — спросила Карен.
— Рации берут всего на сто футов. Но если Дрейк подозревает, что мы еще живы, он вполне может специально прослушивать эфир. Он на все способен, — сказал Дженсен.
Студенты приготовились лезть наверх. На первом этапе роль ведущего взял на себя Питер — надел пояс с катушкой веревки, обнаруженный в рюкзаке, взял веревочную лестницу. Карен прихватила духовую трубку Рика Хаттера, банку со стрелками и бутылку с кураре — на время экспедиции на дерево должность охотника перешла к ней.
Лезть вверх по стволу оказалось на удивление легко и просто. Всегда было куда поставить ногу или за что зацепиться рукой — тут и там то кустик мха, то нарост лишайника, а то и просто выступ в грубой неровной коре. Вдобавок в микромире они стали гораздо сильнее — подтянуться на одной руке теперь было отнюдь не проблемой, даже если хватаешься не всеми пальцами. Если вдруг нечаянно свалился — тоже ничего страшного. Ничем особенным это не грозит. Встал и отряхнулся.
Впереди группы шли все по очереди, меняясь после каждого отрезка пути — один, прихватив веревочную лестницу, лезет вверх, другой при помощи размотанной с катушки веревки его страхует. Дальше надежно привязанная веревочная лестница сбрасывается вниз, остальные спокойно забираются по ней, и все начинается по новой, только уже с другим ведущим.
Древесный ствол покрывала морщинистая кора, поверхность которой густо усеивали скопления мха и печеночников — крошечных, порой даже микроскопических растений, которые для маленьких человечков больше походили на густые заросли крепкого кустарника. Кроме того, к коре в изобилии прилепились лишайники великого множества разновидностей — оборчатые, кружевные, шишковатые… Листья у дерева были почти круглыми, кожистыми и крепко держались на причудливо изогнувшихся ветках.
Довольно скоро Дэнни Мино сдался.
— Все, больше не могу, — объявил он, плюхаясь на пушистый и теплый от солнечных лучей лишайник, облепивший ветку.
— Хочешь подождать нас здесь? Мы-то дальше полезем, — сказал Питер.
— Вообще-то говоря, чего я сейчас хочу, так это спокойно сидеть в кофейне на Гарвард-сквер, потягивая эспрессо и почитывая Витгенштейна[8], — слабо усмехнулся Мино.
Дженсен сунул ему гарнитуру.
— Вызывай, если что.
— Ладно.
Питер положил Дэнни руку на плечо.
— Все будет хорошо.
— Сильно сомневаюсь, — отозвался Мино, поудобнее устраиваясь на пушистом лишайнике.
— Нельзя сейчас сдаваться, Дэнни.
Уставший студент насупился, откинулся на спину и нацепил гарнитуру. Пробубнил в микрофон:
— Проверка связи, проверка связи.
Его голос под треск помех продублировался в наушниках гарнитур, которые остальные держали в руках.
— Эй! Тишина в эфире… — начал было Питер.
— Вин Дрейк! Срочно на помощь! SOS! Мы застряли на дереве! — завопил вдруг Дэнни в свой микрофон.
— Немедленно выруби!!! — рявкнул Дженсен.
— Я просто пошутил.
— Есть! Выход в эфир!
Джонстон с наушниками на голове склонился к экрану пеленгатора в кокпите гексапода. Громко заржал.
— Вот мудаки! Дрейка вызывают, помощи просят!
Глаза его вскинулись вверх и внимательно обшарили лесной полог.
— Они на дереве, где-то прямо над нами.
Телиус хмыкнул. На шее у него висел бинокль. Он встал и принялся методично обшаривать линзами кроны деревьев. Следил, нет ли где движения, не слышно ли голосов. Шпионы укрылись где-то наверху. Так сразу и не найдешь.
Ничего не обнаружив, Телиус молча ткнул пальцем — давай, мол, вперед.
Его напарник шевельнул джойстиком. Гексапод бодро взял с места и быстро и плавно зарысил по бурелому заросшего лесного дерна. Он несся почти бесшумно — только моторчики в суставчатых ногах повизгивали.
Телиус опять ткнул пальцем в какое-то дерево. Панданус, винтовая пальма. «Наверх!» — жестом показал напарнику.
Джонстон что-то включил, и когти на ногах гексапода моментально убрались внутрь, открывая мягкие подушечки с чрезвычайно тонкими щетинками. Это была нанощетина — примерно такая же, как на лапках гекконов, которые легко прилипают к любой поверхности, даже к стеклу. Практически не сбавляя хода, гексапод подлетел к пальме, запрокинулся назад и резво побежал прямо по стволу наверх. Пристегнутые ремнями седоки будто бы и не заметили, что перемещаются уже по вертикали. Равно как не замечали они и самой силы тяготения — если вообще про такую силу слыхали. Подумаешь, эка невидаль.
