Он всерьёз увлёкся преображением Маргариты. Наряжал точно новогоднюю ёлку и получал невероятное удовольствие, когда выводил своё детище в свет, наблюдая, как мужики сворачивают головы. Нужно отдать должное – Маргарита дешёвкой не была, по сторонам не пялилась. Верная. И всему училась быстро. Вкус природный имелся и, главное, упорство. Генрих Давыдович выбор сына не одобрял, был вежлив, но угрюм, когда сын в очередной раз тащил её в гости на семейный ужин. Не понимал он такой красоты на одну извилину.
Проезжал как-то мимо дома сына, заехал без звонка, а там она хозяйничает словно у себя дома. Семён тогда лишь улыбнулся и попросил её чай накрыть. Посидели поболтали. Вернулся домой, всё жене рассказал.
– Ничего страшного, Генрих. А то одна за другой сменяются, дня не пройдёт. Правда, и эта Маргарита ненадолго задержится. Можно подумать, ты Семёна не знаешь. И в кого он такой уродился?!
За Генрихом Давыдовичем самим грешки водились, особенно когда помоложе был, поэтому быстро разговор на другую тему перевёл. Дела давно минувших лет, что об этом вспоминать. Правда, на его отношениях с Любочкой это никогда не сказывалось, умел следы замести, ловкий, но женщин любил, как и любой мужчина его национальности. На серьёзные отношения никогда не шёл, чуть что, бежал без оглядки.
Семён мозг, Валька – при нём. Всё пополам, всё на двоих. Транспортную компанию открыли, к недвижке стали приглядываться.
– Сейчас торговые площади надо брать, потом всё поделят, самое время суетиться, Валёк, – говорил Сёма. – Отдыхать на пенсии будем, на своём острове с мулатками!
Любил он баб красивых и чтобы непременно с длинными ногами, как в журналах.
Купили квартиры элитные на одной лестничной клетке на Васильевском острове. Евроремонт забахали достойный. Маргарита к Сёме окончательно переехала со всеми платьями да сумками, что подарил. Семёна всё устраивало: молчит, вопросы не задаёт – где ты? с кем ты? – хоть на сутки пропади, хоть на неделю. Главное, замуж не тянет, понятливая. Знала: если и бросит, то без содержания не оставит, пока другого кормильца не найдёт. Только не нужен ей другой, полюбила она Семёна сильно, всей душой, как на бога смотрела.
Обожал Валентин ездить к Сёмке на дачу, душевно, по-домашнему. На рынок сам шёл, выбор мяса на пельмени не доверял никому, и фарш сам делал, и пельмешки крутил – ровненькие, один к одному, благо мать научила. Генрих Давыдович с супругой были чрезвычайно благодарны, где ещё таких настоящих отведаешь? А то всё шашлыки да шашлыки.
Марго не брали – без объяснений. В городе с ней куда ни шло, а на даче – святая святых. Что старикам кровь пить? Не принимали они её, особенно Генрих Давыдович.
Одним летом чуть ли не каждые выходные мотались в Репино. Лето стояло знойное, совсем не питерское, курортное. Просто загляденье, по трассе на машине с ветерком. И музыку на полную катушку. Поток машин мчится, водилы на их тачку заглядываются. Если красивая девчонка за рулём с подружкой едет, обязательно в соседнем ряду пристроятся. На дороге так и знакомились. Машины позади сигналят как сумасшедшие, а они с девчонками телефонами обмениваются. И кругом красота невероятная, особенно когда видишь, как сосны до небес свои стволы тянут, друг с другом соревнуются, с берёзами на белых стволах перешёптываются и ели машут им вслед раскидистыми лапами.
Этот день особенно жарким был. Приехали на дачу, разморило от духоты. Кузнечики стрекочут, шмели вокруг цветочных клумб жужжат, цветок послаще выбирают. Аромат непередаваемый. Лето – одним словом.
– Поехали на Щучку, поплаваем, залив цветёт, не залезть, – предложил Сёма. – На великах сгоняем, пока мать окрошку делает.
На озере народу – не пропихнуться. Всё пестрит разноцветными полотенцами. Дети с визгом резвятся в воде, только и слышны окрики встревоженных мамаш: «Не заплывай далеко! Хватит, вылезай из воды!» Совсем маленькие у самой кромки копаются в песке совочками. Многие взрослые устроили настоящий пикник и достали из сумок всё, что принесли с собой. Забавно, но суетно. Решили искать место поукромней, хоть и пол-озера объехать пришлось. Нашли песчаный островок и вход в воду приличный, людей совсем немного.
– Валька! – из-за кустов выскочила смешная девушка в бикини. – Сто лет тебя не видела!
Казалось, она лопнет от счастья и удачи. Валя старался из последних сил, но не смог вспомнить ни имени, ни кто она ему будет.
– Да-а-а, привет-привет!.. Познакомься, Семён, друг мой.
– Лиза. А я с подружкой, она к выпускным готовится, приехали поплавать, поваляться…
Валя посмотрел на то место, откуда только что выскочила Елизавета. На большом белом полотенце лежало стройное, кукольное создание оливкового цвета. Она была похожа на хрупкую изящную статуэтку. Длинные тёмно-каштановые прямые волосы были убраны в хвост, что подчёркивало её нежный овал лица. Неосознанно подошёл к ней поближе, но девушка не отрывалась от чтения, при этом морщила нос, давая всем видом понять, что ни на какой контакт не пойдёт.
– Моя подруга Саша, – сказала тихо Лиза. – Она с таким гонором, не трогай её!