— Да кто ж не любит! Но… Сейчас всё по-другому. Я хочу быть рядом с человеком. Дышать с ним одним воздухом. Думать одни мысли. Это так невероятно прекрасно! Не описать словами! Я и не думала, что так бывает! А физическая сторона вопроса… Ничего страшного не произойдёт, если мы подождём до свадьбы.
Милли хотела что-то сказать, но замерла на полуслове. Так и осталась сидеть с открытым ртом, лишь непонятно шевеля губами.
— Пожалуйста, не делай такое лицо! — попросила Кайла. — Ты меня пугаешь!
— Это ты меня пугаешь… — наконец сказала Миланья. — Я могла бы долго рассуждать, где ты, и где свадьба, ведь именно ты ненавидела институт брака всеми силами души. Но не стану ничего говорить. Знаю, бесполезно. Вероятно, воздух Септимуса сводит с ума не только меня. Спрошу другое: почему Эверин-страрший ищет тебя по всей вселенной? Забросал меня сообщениями?
— Вероятно потому, что я уволилась, а он не хочет мириться с этим. Но тут ничего не поделаешь. Не смогу же я работать на Альфе, когда мой муж здесь, на Септимусе!
— Ох, Кайла! Тебе были доступны лучшие мужчины как Империи, так и Корсики. А ты выбрала бандита. Мой мозг отказывается это воспринимать.
— И не нужно ничего воспринимать. Я и сама не знаю, как так вышло и почему. В начале я хотела лишь поиграть, помучить Феликса. Отомстить за тот первый вечер в Яме. Но постепенно, не знаю даже как, всё стало вдруг серьёзно. Мы оба влюбилась друг в друга без памяти.
— И он тоже? — обеспокоенно спросила Милли, — Этот козлина точно тебя не обманывает? Хотя о чем это я… Сама всё видела, как он бегает за тобой точно баран на верёвочке. Ладно. — смирилась она в вопросе, который в принципе её не касался. — Раз ты так решила — пусть так и будет. Но помните: я всегда начеку! Если он тебя обидит — перережу ему горло! Так и передай!
Союз Крафта и Феликса креп с каждым днём. Миланья не особо вникала в курс дела. Во-первых, её не допускали до политики, во-вторых, навалившаяся хандра убивала всякое желание чем-либо интересоваться. Однако новости начали долететь и до неё.
Информацию она стала узнавать из газет. Неожиданно в области многоуважаемого лорда Хауса начались восстания. Причём одновременно сразу в нескольких местах и весьма активно. Народные волнения прокатились по территориям и соседних правителей. Тех самых, которые хотели напасть на Крафта. Ах, какое совпадение! Теперь горе-правители вынуждены разгребать внутренние проблемы и не лезть на чужую землю.
Крафт выражал озабоченность сложившейся ситуацией, всячески сочувствовал несчастным коллегам. С пеной у рта доказывал на общих собраниях необходимость вместе победить столь неприятный недуг как повстанцы. Однако правители объединяться не спешили. Каждый рассуждал по принципу: моя хата с краю. Особенно рьяно придерживались нейтралитета три области, не участвующие в заговоре против Крафта. У них, по совершенно неизвестной причине, обстановка стабилизировалась. Волнений не было. И влезать в чужие разборки совсем не хотелось. Крафт же рвал и метал на собраниях. Дескать, общее дело, аристократическая солидарность, в конце концов, честь великих лордов обязывает к борьбе! Он даже перечислили в фонд борьбы с повстанцами, организованным мэром, кругленькую сумму. Только вот фонд этот погряз в бюрократических дрязгах и по факту помогал хило. Что ж. Это не зона ответственности Крафта. Лицо благообразного праведного аристократа он сохранит. Конечно, на собрания дядя по-прежнему незаметно таскал латта-бомбы для усиления эффекта. Однако только на эмоции больше не полагался.
Теперь то и дело у Крафта случались аварии и пропажи. То колонну грузовиков с оружием совершенно случайно захватывали бандиты. То поезд с обмундированием пойдёт под откос. И до прибытия спасательных служб вагоны успевали быть разграбленными. Лорд плакался коллегам, требовал справедливости и принятия мер от мэра. Только почему-то аварий становилось всё больше. Ох, уж эти бунтовщики!
Конечно, большую часть оружия и экипировку дядя передавал обычным банальным способом. Просто брал и отгружал. Но нужно было объяснить Хаусу и остальным, почему вдруг повстанцы так хорошо экипированы, причём с фабрик Крафта. Что ж поделаешь! Бандиты такие хитрые!
О том, почему наступления и бунты стали куда более продуманными и профессиональными, Крафт не имел ни малейшего понятия. Бандиты книжки умные стали читать, не иначе.
В одной из газет Милли увидела в качестве примера напечатанную агитационную листовку повстанцев. Десять, вот такие бумажки распространяются бунтовщиками для привлечения в свои ряды ещё большего числа людей. Листовка Милли не понравилась. Уж в чём-чём, а в рекламе она понимала. Работая раньше в фирме Эверина-страршего, ей приходилось немало общаться с ребятами из отдела продаж. В брошюре содержалось слишком много текста. В качестве иллюстрации использовалась грузовая ракета, стартующая в космос. Вероятно, создатели листовок хотели подчеркнуть, что доход от голубой руды, которую вывозят с Септимуса, достаётся лишь аристократам, правящей верхушке.
