Следующие пять минут пришлось выслушивать жалобы, которые заглушал непрерывный плач младенца. Судя по шуму, разрывающего задний фон, жена повесила на него детей и куда-то сбежала. Бедняга Квон умолял отправить его в командировку. Чон по доброте душевной хотел уже предложить поработать в загородном филиале, но тут мобильный возвестил о еще одном входящем. Дисплей подсказал, что звонит Дже, и мужчина быстро свернул разговор, пожелав папаше удачи.
— Аллё!
— Привет.
Голос парня заставил Юнхо непроизвольно улыбнуться.
— Привет, как дела? Как учеба? Сложно?
— Нормально все.
— А общага?
— Ну, тараканы ползают, щели под подоконником, холодно.
— Охренеть. Тебе ведь нормальную комнату выделили.
— Ее девчонкам отдали, когда у них затопило.
Юнхо затянулся куревом.
— А работа как?
— Пока глухо. Я это… — Ким замялся. — Можно приехать на рождественские каникулы?
— Конечно, что за вопрос!
— Просто, вдруг у тебя планы в Сеуле праздновать.
— Нет никаких планов. Скажи, как учеба закончится, я приеду заберу.
— Спаси… — мурлыканье парня прервалось из-за помех на линии.
— Эй! Дже! Слышишь меня?
— Да.
— Что-то со связью.
— У нас тут мокрый снег, может, налипли на провода?
— Может быть. Ты как, не болеешь?
На другом конце провода Дже явно заулыбался — Юнхо был сама заботливость.
— У меня все в порядке. Ника… летучих мы… — неясное бормотание сменялось шипением, который вновь превращался в голос Джеджуна, — …уше можно запросто подцепить холеру.
Мужчина рассмеялся. Радости Дже не было предела, когда оказалось, что мышь, укусившая его в сарае, была здоровая. Никаких обследований, никаких уколов на его маленькую задницу. Животное получило датчик и было отпущено на волю, другое же милое существо со своим «браслетом» так и не рассталось. Интерес следователя сошел на «нет», на свидания он больше парня не приглашал. Правда, когда с Джеджуна снимут наказание он так и не озвучил, а адвокат Чона был не в курсе.
Ким спросил еще про здоровье старика и судьбу дома, который оставил у него теплые воспоминания, и начал прощаться.
— Поднажми чуток, через пару недель увидимся, — Юнхо подобрал ноги, рассчитывая свернуть разговор и возвращаться в дом.
— А… Юнхо! Еще кое-что, — Джеджун явно сомневался.
— Что?
— Не рассердишься?
— Откуда я знаю? — рассмеялся Чон. — Говори уже.
— Я кое-кого встретил… — шуршание и треск перекрыли торопливое объяснение Джеджуна, — такой хороший… сейчас живем в одной комнате.
Юнхо открыл рот, но так ничего и не выдавил из себя, слишком велико было изумление. Джеджун нашел себе кого-то? Бойфренда? Или просто друга?! Судя по тому, как дрожит его голос, он волнуется. Значит, они не просто приятели. Рука ветеринара непроизвольно упала на пачку сигарет.
— На Рождественские каникулы общагу закроют, — продолжил Ким. — Можно нам вдвоем…?
Шум перекрыл Джеджуна, а через пару секунд раздались короткие гудки. Юнхо попробовал перезвонить, но услышал лишь стандартное: «абонент недоступен». Отложив гаджет, он закурил. Вернулся Пальбари, плюхнулся рядом с довольной мордой — ему удалось загнать кота под дом.
— Наш малыш завел себе парня, — мужчина взглянул на питомца, выдохнул дым уголком рта. — Скоро привезет знакомиться. Чувствую себя мамашей, чей ребенок внезапно повзрослел… блять.
Вздохнув, он вытянул ноги и уперся спиной в стену. Молча вдохнул никотин.
— Я не ревную, просто не ожидал. Чтобы ревновать, нам нужно быть в более интимных отношениях, — Чон поджал губы, глядя прямо перед собой. — Я его учиться отправил, а не хвостом крутить! Какого хрена!
Пальбари опустил морду, чувствуя злость хозяина и не понимая, в чем провинился. Ведь раньше он гонял рыжего соседа, и ему ничего не выговаривали. А теперь от этого человека просто пахнет раздражением.
Юнхо потер лицо ладонями, зажмурился.
— Это не ревность, малыш, не ревность. Я уже достаточно взрослый для подобной ерунды. Просто, как-то неожиданно… — ветеринар потрепал притихшего щенка за ухом. И подумал вдруг, что ему совершенно не хочется отпускать Джеджуна. Не хочется отдавать его какому-то парню. Не хочется оставаться опять одному. — И будем мы с тобой вдвоем прозябать, старина. Ладно, пойдем в дом.
Две недели тянулись, словно кисель. Юнхо измучился размышлениями, злился на себя за то, что накручивает. И удивлялся злости, что взялась не пойми откуда. И все же, когда за несколько дней до Рождества получил СМС от Дже «все в силе?», ответил, что приедет и заберет обоих. Умом он понимал, что сам отгородился от парня, сам провел черту, предпочитая не связываться с жизнью Джеджуна. Возможно, он боялся стать ее частью. Возможно, боялся, что кто-то станет его половинкой.
