– Звания имеют свойства расти, если человек того заслуживает, – нетерпеливо осадил Воронков. За внешним неудовольствием выплеснулся все тот же азарт судьбоносца. – На то и революции, чтоб поручики в генералы выходили. Я-то помоложе вас буду. И пост предложен – не чета. Но – надо, и не отказываюсь. К тому же все согласовано. Так что не разочаровывай, дорогой, и – собирайся. Едешь сейчас же со мной в Москву за назначением… Что там у вас?
Он приметил, что Муслин, долгое время державший под рукой тоненькую папочку, потянул ее в карман пиджака.
– Да так. Пустое, – Муслин поколебался. Но Воронков ждал. – Здесь собственно… Мною были проработаны предложения по кадровой реорганизации УВД. – Это не ко мне. Все назначения отныне будет определять новый начальник УВД. ВСЕ, – подчеркнул он, отдавая смешавшегося Муслина в полную власть Тальвинского.
– Ну, что, господа-товарищи? Остальные вопросы вроде порешали, – он поднялся. – Так что по рукам и – побежали в новую жизнь! Андрей Иванович, догоняй, жду в машине!
Изобразив общее энергичное приветствие, вышел.
Тальвинский подошел к окну, возле которого с подрагиваюшими губами стоял Муслин, успокаивающе похлопал по предплечью:
– Предложения сохрани. Вернусь, рассмотрим.
Повернулся к Паниной, ища, что бы сказать. Но та сама подхватила его под локоть, увлекая из кабинета:
– Пойдем провожу.
– Как себя чувствует начинающий генерал? – сладко шепнула она. – На свадьбу-то пригласишь?
– Какая там свадьба! Разбросало по разным баррикадам, – Андрею припомнилось последнее объяснение с Альбиной. Теперь, должно быть, локти кусает.
– Что? Отречемся от старого мира? – хмыкнула Панина.
Намек был неприятен.
– Да ты и сама, как вижу, не потеряла реакции. Быстро Кравца «слила», – уколол Тальвинский.
Панина остановилась, с внезапной силой повернула Тальвинского лицом к себе:
– Вот что, ты! Я тебе когда-то говорила: « Своих не сдаю!». Кравец, конечно, сильно подставился. В кои веки чутье изменило. Но мужик он, имей в виду, крепкий. Мальчики эти шустрые помельтешат, наскирдуют «бабок», да и исчезнут. А кому-то дело делать придется. Так что, глядишь, и подымется. А тебе, Андрюшенька, мой первый подарок к новой должности – бесплатный совет: «Хочешь удержаться на поверхности, не спеши, обрастая новой командой, топтать старых. Земля-то круглая»! Да и насчет свадьбы подумал бы: связи Кравцовские никуда разом не исчезнут. А жениться в такое время на дочке опального. Это – оценят!
Бросив последнее семя, она вывела недавнего изгоя на высокое исполкомовское крыльцо, под которым подрагивала сияющая никелем иномарка с призывно распахнутой дверцей.
( Конец второй части).
Да, как свежо все в памяти. А ведь прошло почти десять лет!
Кто тогда мог подумать, что ошеломляющие эти, калейдоскопические события августа девяносто первого причудливым образом увяжутся с историей разгрома котовцев и через несколько лет приведут к трагической развязке, разбросавшей их с Виталием Морозом по разные стороны жизни.
Некстати набросившиеся воспоминания так глубоко завладели генералом, что он не сразу расслышал легкий стук в дверь купе. А расслышав, не двинулся с места – наверняка недотепа-проводник припомнил, что забыл забрать билет.
В дверь опять постучали, более настойчиво.
Генерал нехотя поднялся. «Какое-то совершенно разобранное состояние. Надо бы взять себя в руки. Сосредоточиться. Заняться делом. Встреч, подобных сегодняшней, часто не бывает. Похоже, передо мной последний крутой поворот. И в очередной раз проскочить его – этого просто нельзя допустить. А потому – за работу!». Поняв, что мысленно почти дословно воспроизвел одну из любимых чекинских фраз, генерал помотал седеющей головой, отгоняя наваждение.
С показным неудовольствием открыл дверь и … отступил назад.
Чуть прищурившись, глаза в глаза, на него смотрел Виталий Мороз. На лице его, изуродованном кривым шрамом, установилось выжидающее выражение, которое, в зависимости от реакции собеседника, одинаково легко может перейти как в приветливость, так и в угрожающую усмешку.
– Здравствуй, генерал. Не приглашаешь?
– Ты и без приглашения горазд. Здорово, Виташа, – генерал посторонился, пропуская нежданного гостя. С некоторой натянутостью, объяснимой, впрочем, внезапностью встречи, протянул для рукопожатия руку, поколебался и, решившись, обхватил вошедшего за плечи. – Выследил-таки, зараза! Вижу, не утратил прежних навыков. И все тот же. Чего просто не позвонил? По моим сведениям, вернулся ты еще позавчера.
– Тебе, пожалуй, дозвонишься, – Виталий Мороз беспечно уселся на диванчик, бесцеремонно заграбастал початый коньяк, оценил марку. – Не слабо. Никак в одиночку баловаться приспособились?
– Разминался перед твоим приходом,– генерал перехватил бутылку, достал из кейса два дорожных стаканчика. – Так что, за встречу?
– Правильней бы, для начала – за долгую разлуку. Но – не пью, – Мороз аккуратно перевернул один из стаканчиков, прихлопнув сверху.
