Каждый вытрезвитель имел план по количеству доставленных граждан, за его выполнение выписывались премии и звания, за провал плана по сбору определенного количества бухариков – полагались штрафные санкции, вплоть до разжалования. «Пьяные есть всегда, а если их нет, то значит менты плохо работают!» – так считало начальство. Плановость в работе милиции – это вообще бред сивой кАбылы, считать преступления как сосиски – нельзя. Но и другого способа учета правонарушений – пока не изобрели, поэтому рядовым служакам и приходится мазать обывателей дерьмом, в противном случае размажут их.
Медвытрезвители, как под копирку – имели один и тот же характерный запах. Въевшийся в стены и пол, в предметы интерьера, в милицейские кители и даже в тело. Запах человеческой мочи! Отсюда и название этого биологического вида милицейских особей.
После расформирования вытрезвителей – вонючки перешли работать в другие отделы, дабы не подохнуть с голоду. Они надели на себя новые должности и вселились в новые кабинеты – со своим старым запахом. Который уже не смыть
***
Нужно было иметь большие моральные силы, чтобы стать вонючкой. Работа-то грязная, в основном-то доставляли всё-таки пьяных, иногда и буйных пьяных. Да и статус вонючки в мужицкой среде был самым позорным, по сравнению с др. милицейскими должностями.
С исчезновением вытрезвителей – резко скаканула бытовая преступность. А также выросло количество пьяных покойников, зачастую замерзших. Милицейские вонючки целенаправленно ездили по улицам, в поисках пьяных или подвыпивших! Когда план «горел», когда на пивко себе сшибали – по-разному, но пьяные всегда были дичью. Сейчас пьяницы никому не нужны, кроме продавцов самопала. Такие карусели.
Таковы основные виды милицейских особей: они же московские милицейские особи, они же ростовские, тамбовские, казанские, солнцевские, сибирские и т. п.
Много говорят о том, что милицейские де-факто получают мелкую зарплату, а де-потенциало могут в любой момент схлопотать холодное перо-финку или горячую пышку-пулю. То есть налицо контраст величин, и именно поэтому приличные homo sapiens синий бушлат не одевают, и именно поэтому бушлат считается не просто синим, а синим до неприличия.
Пусть говорят. Вы не верьте, потому что неправда – это такие разговоры!
А правда в том, что священник клянется на Библии исполнять заветы Христа: одевать рубище, ездить на велосипеде, кушать постную полбу, жить в хибаре, проповедовать любовь и мир во всем мире.
Правда в том, что будущий доктор клянется шестью органами чувств стать классным лепилой: обязуется носить белый халат как символ чистоты мыслей и рук, засыпать в обнимку с аптечкой,* лечить и не залечивать даже соперника в любви, пропагандировать здоровый образ жизни и чистить зубы перед сном.
И правда в том, что милицейская особь клянется на своей смешной, но так нужной и удобной шапке из плюша, что он будет защищать граждан аки Железный Дровосек, не взлетать гордостью и превышением власти, оберегать женщин и детей, разрубать гордиевы узлы Закона, и учиться на пятерки на своих ошибках. Залог преуспеяния трудов милицейского есть милосердие, гуманизм, этика и прочие эфемеры, что незримо и твердо опутывают нас.
Милицейский должен быть и священником, и доктором, являясь милицейским. Не видом, и не биологией!
* Допустимо менять аптечку на жену или подушку, но не часто.
Фатальная книга на 80%. А герои книги – это на 80% мне лично знакомые менты. А именно:
Но. В 1 непрекрасный день к Стасу приехали из местного ФСБ и арестовали якобы за взятку. Слава Соколов – идейный мент и взяток не берет в принципе, я его знаю как себя, мы жили через подъезд и дружили.
