Александр пришёл в себя и заметил, что девушка-Маргул стояла прямо возле них.
Без чая.
На вопрос Мел она не ответила.
Тогда сам Александр спросил, что случилось.
— … Создатель, в мире 1. версия 82b134.13 который вы назвали Мир. Историй произошли перемены, которые возможно. Вас заинтересуют. Желаете посмотреть?..
Александр испытывал смешанные чувства, когда минуту спустя прошёл в пластину Маргулов. С одной стороны, ему было интересно, что же такое произошло в Мире Историй, что требовало его внимания, а с другой…
Он посмотрел на ровную спину девушки-Маргула.
…У него было смутное подозрение, что на самом деле ничего не случилось, и что Маргулы просто завидуют Мел и хотят забрать у неё пальму первенства.
Дети всегда сражаются за внимание своего создателя.
Впрочем, даже если это действительно так, лучшее, что он может сделать, это притвориться, что ничего не понимает и с подлинным интересом посмотреть на творение Маргулов.
Александр мысленно кивнул и настроился хвалить «Мерри» и ко. что бы они ему не показали.
Девушка-Маргул в это время встала перед картой мира и приблизила один конкретный участок. Александр пришёл в себя, посмотрел на него и вдруг почувствовал дрожь. Перед ним простиралась братская могила. И не простая, нет; в ней лежали не десятки, не сотни, даже не тысячи, но десятки тысяч мёртвых тел. Многие из них были голыми, другие были одеты в белые тоги. На некоторых были заметны порезы и следы повреждений, в то время как другие сперва казались совершенно невредимы, и только пустой, стеклянный взгляд, которым они смотрели в пустоту перед собой, говорил о том, что они были мертвы.
Картина была настолько потрясающей, что Александр смотрел на неё, не отрываясь, целую минуту. Ему были привычны виды разрушений и прочие зверства. Вселенная была в равной степени ужасной и прекрасной. Красная кровь. Красные цветы. Голое небо. Голубые вены. Зелёная трава. Зелёная плесень, что разъедает человеческое тело… Две стороны одной медали, вечно в полёте, в трансформации, но это… это было нечто иное.
Почему?
Он и сам не понимал.
Просто вид мертвецов, которые лежали ровными рядами, иногда обнимаясь или держа друг друга за руки вызвал у него ощущение глубокой неправильности всего происходящего.
Александр покосился на девушку-Маргула.
Последняя пристально смотрела на братскую могилу.
— Желаете услышать всю историю… или сокращённую версию?
Александр пришёл в себя и сказал, что хотел бы услышать всё.
У него было ощущение, что череда событий была по меньшей мере занимательной.
«Мерри» кивнула и заговорила.
Для начала следует отметить, что с момента первого явления Богини Судьбы прошло больше двух сотен лет. Более чем достаточно, чтобы вера пустила корни в человеческом сознании, и чтобы наружу показалось высокое и размашистое древо организованной религии. В данный момент… или по крайней мере пару лет назад почти в каждом городе можно было найти церковь и её настоятеля Пророка — название произошло от старинных учёных, которые сперва пытались изучать судьбу, а затем, понимая тщетность данного занятия, стали верными слугами последней.
Пророки рассказывали о превратностях судьбы и учили смирению перед лицом последней. Причём со временем их стремление становилось всё более истовым. Вскоре даже попытки «сгладить» влияние судьбы стали считаться ошибочными и греховными. Люди перестали распределять богатство тех, кто нашёл великий клад, или напротив, помогать обездоленным, которые потеряли дом в результате пробуждения очередного древнего монстра. Всё это, хотя и косвенно, шло наперекор судьбе. Появилась новая идеология, согласно которой всякое действие определяется судьбой, даже те, в которых, на первый взгляд, не ощущается её благого или пагубного ветра.
Сперва новая идеология имела силу только в границах храма, однако со временем её стали принимать и мирские короли. Изменились законы. Изменились порядки. Некоторые противились распространению новой религии — против них выступили крестоносцы, Воины Судьбы. Последняя тоже вмешивалась, иной раз помогая и тем, и другим. Судьба была не избирательной. Ветер не замечает битвы моряков.
Наконец храм одержал победу. Случилось это давно, больше сотни лет назад. После этого люди стали не просто мириться с судьбой — они стали ей поклоняться. Они стали следовать ей даже после того, как её течение прекращалось. Обездоленные становились всё беднее, а богатые — всё богаче. До самой смерти люди отыгрывали положенные роли. Разумеется, даже и теперь находились те, кто противился этому — но подобное поведение осуждалось, и, что самое главное, не находило поддержки.
Люди и раньше едва ли могли противиться судьбе. Но прежде они хотя бы поднимали на ноги павших. Теперь даже этого не было, и те, кто падал под напором сильного ветра, так и оставались барахтаться в грязи.
Всё это продолжалось долгие годы; и вместе с тем зрело недовольство. Чёрное. Безумное. Но как противиться судьбе, если все до единого признавали её неистовую силу?
Просто.
Никак.
