А потом я взял и посвятил восемь лет жизни достижению единственной цели: вывести Microsoft в лидеры компьютерной революции. Так и случилось. Результаты превзошли все мои надежды и ожидания. Но старые интересы не давали мне покоя, как бы мало времени я им ни посвящал. В три часа ночи я мчался в клуб, чтобы подыграть Хендриксу, или забрасывал программирование на целые выходные, чтобы своими глазами увидеть запуск космической ракеты.
После моего ухода из Microsoft капитал, в росте которого я принимал участие, и фантастический успех компании на рынке позволили мне наверстать упущенное. Да, порой я слишком «разбрасываюсь». Но мой выбор занятий и приключений никогда не случаен. Все они, в сущности, родом из детства – за последние 27 лет я делал много такого, о чем в юности мог лишь мечтать.
К этому моменту я прожил без Microsoft полжизни. Я всегда буду гордиться нашими совместными успехами, но второй акт, во всей его многогранности, куда ближе мне по духу.
Кто-то стремится к признанию, иным нужны деньги, а третьи грезят благородными общественными целями. Я же всегда руководствовался другим: любовью к идеям и их воплощению. Творческий путь тернист, полон риска и не дает никаких гарантий. И все же, несмотря на бесконечные петли и тупики, лишь этот путь приносит мне истинное удовлетворение.
В Microsoft меня всегда считали источником конструктивных и новаторских идей. Сегодня моя роль часто заключается в том, чтобы слушать умных людей и находить среди их идей особенные. Затем я помещаю мысль в какой-нибудь новый и неожиданный контекст или развиваю ее в нечто более масштабное, как мы сделали во время трехдневного нейробиологического «мозгового штурма». Идея генетической карты мозга обсуждалась на множестве закрытых совещаний, но окончательно оформилась лишь тогда, когда дюжина крупнейших ученых в этой сфере собрались вместе и дали волю фантазии. Алленовский «Атлас мозга» – продукт их совместного труда – дал толчок для развития целой отрасли.
Чтобы воплотить в жизнь по-настоящему ценную идею, одного человека недостаточно. Если вы хотите сдвинуть идею со стадии разработки, она должна превратиться в своеобразный крестовый поход – нужно привлечь к работе как можно больше людей. Я очень рад, что встретил Билла Гейтса: его деловая хватка в сочетании с моей страстью к высоким технологиям творила чудеса. Позже мне точно так же посчастливилось встретиться с Бертом Рутаном, благодаря которому появился на свет SpaceShipOne, и с Алланом Джонсом, возглавившим работу над атласом мозга.
Иногда я становился свидетелем того, как правильные люди оказываются в неправильном месте и самые лучшие идеи идут ко дну. Я совершил несчетное количество ошибок в «Соединенном мире», но худшей из них была эта: мне часто не удавалось найти правильных людей для воплощения моих замыслов. Возможно, полагаясь на собственный опыт, я слишком легко и быстро ставил на молодых энергичных людей с небольшим послужным списком. Но с возрастом я стал осторожнее. Да, талант – ключевой фактор успеха, однако закалку и опыт нельзя недооценивать.
И самое главное, я осознал, что если смотреть только вперед, можно споткнуться на крошечном камне или не заметить айсберга, который тебя потопит. При этом любой крестовый поход требует оптимизма и стремления к высоким целям. Сколько себя помню, мне всегда хотелось найти интересную и сложную задачу, придумать ее решение и – если все сложится хорошо – сделать мир немного лучше.
Меня часто спрашивают, как меня изменило богатство. Непростой вопрос. Временами мне кажется, что я ничуть не изменился, но такого попросту не может быть. Материальные проявления богатства – дома, яхты, самолеты – кардинально изменили мой образ жизни. Но гораздо важнее другое: передо мной открылось множество возможностей, которыми я с удовольствием пользовался.
Несмотря на эти очевидные перемены мои близкие и давние друзья говорят, что в самом главном я почти не изменился. Я по-прежнему стараюсь как можно лучше узнать человека, с которым знакомлюсь, и я все такой же мечтатель, которого больше радуют смелые планы и возможности, чем собственные свершения.
Последнее ухудшение здоровья сделало меня нетерпеливее и терпеливее одновременно. Болезнь напомнила мне, что времени осталось не так много: я стал требовательнее к себе и людям, которые со мной работают. При этом я научился смирению – да и как не научиться, когда ждешь результатов томографии и понимаешь, что стрелки часов по твоей воле быстрее не завертятся? Я осознал, что многое в этом мире не поддается человеческому контролю: от становления молодого баскетболиста до испытаний нового лечения болезни Альцгеймера. Я учусь не изматывать себя ожиданием и признавать необходимость каждого, пусть даже самого маленького, шага.
Я стараюсь быть в курсе всех новостей науки, технического прогресса и мировой политики. Я хочу и дальше раздвигать границы возможного, смотреть в будущее ясным, незашоренным взглядом.
