В пятнадцать он объявил, что поедет в Карелию. Байдарки, сплавы, комары – настоящая мужская компания. Мне было велено заполнить анкету: «Разрешаете ли вы курить вашему ребенку?», «Оцените его способность к самообслуживанию по десятибалльной шкале», «Какие действия нужно проконтролировать: личная гигиена, уход за вещами, переодевание?».
Я думала долго: по мне, так контролировать надо все, а способность к самообслуживанию – ноль. Но сын за меня поставил себе десятку, везде написал «нет» и отправился покупать резиновые сапоги, плащ-дождевик и прочие туристические аксессуары. Мне уже не хотелось его никуда отпускать, но Василий сказал, что в таком случае альтернативой двухнедельной Карелии станет поход на 21 день по Кавказским горам.
Конечно, я замучила администратора вопросами. А кормить их будут? А в поезде? А если он промочит ноги и заболеет? А врач? А если что? А связь будет? А зеленку и пластыри дать с собой?
Ну да, я волнуюсь. Нет, конечно, они сейчас другие. И лагеря другие, и вожатые другие. Одних справок нужно собрать кипу – по специальной форме, рассказать все про аллергические реакции, про заболевания, необходимость диеты и взять справку, что нет педикулеза. В моем детстве справки об отсутствии педикулеза, дизентерии и прочих инфекций нужно было собирать именно после лагеря. И да, мне было бы спокойнее, если бы сын лежал на диване, читал книжку и чинно прогуливался с соседским приличным мальчиком.
Дети-подростки более непредсказуемые, чем маленькие. И даже не знаешь, за кого больше волноваться. Несколько лет назад Василий отправлялся в трехдневную поездку в Ярославль. С классом. Он у нас ответственный, поэтому показал фото отеля, где они будут жить, и доложил, в котором часу его нужно доставить на Ярославский вокзал.
На вокзале толпились дети. Рядом, на приличном расстоянии, стояли родители. Дети то и дело зыркали в сторону взрослых и давали понять, чтобы они уже уходили.
– Я только никак не пойму: как они доедут до Астрахани с Ярославского вокзала? – спросила задумчиво одна из мам.
– До какой Астрахани? – ахнула другая родительница.
– Так они разве не в Астрахань? Лиза сказала, что в Астрахань, – перепугалась первая мама.
Родители провели друг у друга опрос и большинством голосов решили, что дети все же отправляются в Ярославль. Спросить у классного руководителя не было никакой возможности, поскольку классная написала детям, что опаздывает и пусть они садятся в вагон. Дети с облегчением помахали родителям.
– А мой сказал, что они в Ростов едут, – призналась еще одна родительница.
– Скажите, а кто-нибудь знает, когда они возвращаются? – уточнила я.
И тут начался переполох. Потому что данные, полученные от детей, были ну очень противоречивые. Мама отличницы ответственно заявляла, что детей нужно встречать в среду в девять вечера. Мама той девочки, которая якобы ехала в Астрахань, говорила, что должна встречать в четверг в шесть утра. Мама мальчика, отправлявшегося в Ростов, собиралась ехать на вокзал тоже в четверг, но в одиннадцатом часу вечера. Естественно, мы уткнулись в телефоны и проверяли расписание прибытия всех мыслимых поездов.
– Лиза! Лиза! – закричала мама и кинулась в вагон. – Вы когда возвращаетесь?
– Не знаю! – радостно ответила девочка. – Я потом скажу!
– Вася, кто-нибудь знает, когда вы прибываете? – спросила я.
Василий сделал вид, что оглох и ослеп.
– Давайте мы обменяемся телефонами, и первый, кто узнает, позвонит другим, – предложила мама отличницы.
– Нет, пусть они приезжают когда хотят и сами добираются до дома как хотят! – возмутилась другая мама.
– Может, их не пускать, пока не поздно? – задумчиво посоветовала еще одна мама.
– Да! Пристегнуть к юбке! – поддержала с энтузиазмом я.
– У вас хоть мальчик, а у меня девочка, – чуть не плакала мама Лизы.
– Да с мальчиками еще страшнее! – возразила мама мальчика.
– Женщины, а давайте выпьем, у меня с собой! Хоть согреемся! – предложил единственный мужчина, который до этого молчал, и немедленно достал пластмассовые стаканчики и бутылку коньяка.
Мамы немного помялись, но было холодно, и никто не отказался.
– А вы чей папа? – уточнила мама отличницы, когда разлили, кажется, по третьему стаканчику.
– Ничей! Я просто смотрю: женщины стоят, мерзнут, переживают.
– Господи, да мы хуже детей! – перепугалась мама Лизы, с ужасом глядя на незнакомца.
Сын объявил, что хочет поехать на три дня в далекий приволжский город. Он был там летом, в физико-математическом лагере. В городе остались друзья. В декабре я легко согласилась на эту поездку, тем более что они собирались ехать компанией из четырех человек.
