– Нет, – энергично запротестовал я. Мне стало жалко зятя. – Не надо в овощ. Да вы, наверное, и не сможете, – легонько поддел я псевдоведьму.
– Почему? Есть соответствующие лекарства. Могу выписать рецепт.
– Не надо нам никакого рецепта. Отвадьте Костика от Котика. Больше нам ничего не надо.
– Нет ничего проще. Скажу пару ласковых слов Котику. Всего и дел. Но как это прекрасно, – лучезарно улыбнулась она, – когда интересы брата и сестры совпадают столь близко.
Господи, да у них семейный подряд! Одна сестрёнка уводит мужиков, другая возвращает их назад. Весьма нехитрая комбинация. Интересно, насколько прибыльная?
– Но рецепт я вам всё-таки выпишу. Не пугайтесь! Обычный бром. Когда получите лекарство в аптеке, сдерите с пузырька наклейку. Пусть ваша сестра потихоньку подмешивает микстуру в питьё своего мужа.
Я усмехнулся, но взял у ведьмы рецепт. Поднялся.
– Так и уйдёте?
– А что?
– Платить кто будет за вас? Дядя Фёдор?
– За что платить? – Я потряс бумажкой с выписанным на нёй рецептом. – За эту писульку? Точно такую мне накарябает любой психотерапевт. Бесплатно.
– Но пришли вы к ведьме?
– К липовой ведьме.
– Липовая или берёзовая, не суть важно.
– А что важно?
– То, что за аренду этого домика я обязана платить, как и отчитываться перед налоговой.
– Сколько с меня? – не стал я продолжать спор.
– Пять тысяч, – сухо буркнула ведьма, раскрывая ноутбук.
– Однако. Пять тысяч неизвестно за что.
– Очень даже хорошо известно. И вам, и мне, а скоро – и Котику. Только поспешайте. Место возле Котика пусто не бывает.
Я бросил на стол пятитысячную купюру и стал разворачиваться, собираясь навсегда покинуть этот дом, но меня вновь остановил металлический голос ведьмы.
– Фамилия!
– Зачем вам моя фамилия?
– Я же русским языком сказала вам, что обязана отчитываться перед налоговой. И не врите, пожалуйста. Я проверю.
Интересно, как она проверит? Но я не стал связываться с ведьмой. Пусть и липовой.
– Сергеев Николай Петрович.
– Николай Петрович, возьмите, пожалуйста, квитанцию об оплате. И распишитесь в корешке. Вот здесь.
Я поставил свою подпись в требуемом месте.
– Надеюсь, это всё? Теперь я свободен?
Ох, сколько яда влил я в свой голос.
– Как ветер.
– Тогда прощайте.
– До свидания. Очень-очень скорого.
Ведьма
– И проверьте, пожалуйста, тормозной шланг в вашей машине. Что-то подсказывает мне, что шланг перетёрся и может лопнуть в любой момент. А я бы не хотела, чтобы наше скорое свидание, которое обещает нам столько приятных минут, не состоялось по весьма прозаичной причине, каковой может стать ваша преждевременная смерть.
Я покрутил пальцем у виска и вылетел на улицу.
Но машину я всё-таки проверил. Тормозной шланг действительно перетёрся. Я реально находился на волосок от смерти.
И как она догадалась, что я служу в уголовке?
Грустная сказка о большой и чистой любви
Жил – был на белом свете Иван Царевич.
К сведению: Царевич – это фамилия, а не должность.
Откуда взялась такая странная фамилия, никто в роду Царевичей не знал. Родители у Ивана были самые простые: отец – слесарь-сантехник, мать – крановщица. Соответственно, жили они весьма небогато. В двухкомнатной хрущёвке, а не в царских палатах.
Были у Ивана ещё два брата. Естественно, все – Царевичи. Но, если братья не заморачивались на свою несуразную фамилию, то Ивану она приносила немало неприятностей. Всё из-за дурацкого имени. Назвали бы его Дормидонтом или Пантелеймоном, и то было бы лучше.
А так, хоть в школу не ходи.
– Иван Царевич, где твой серый волк?
– Иван Царевич, тебе послание от царевны Несмеяны.
– Иван Царевич, дай живой воды…
И так далее, и тому подобное. Каждый малолетний индивид изощрялся, как только мог. Какая учёба полезет в голову при такой свистопляске? Она и не лезла. Хотя Иван Царевич вовсе не был тупым дебилом.
Кое-как окончив школу, Иван Царевич устроился автослесарем в небольшую автомастерскую, которая находилась в соседнем дворе. И пока его продвинутые одноклассники усваивали книжную премудрость в колледжах и университетах, Иван менял масло в чужих машинах да перебирал коробки передач.
Хозяином автомастерской был Василий Николаевич Федулов, он же дядя Вася. Иван был его единственным наёмным работником. Солидные автовладельцы к ним не заезжали. Старенькие жигули да древние иномарки, добитые нашими дорогами, – вот и весь их небогатый контингент.
Отслужив положенный срок в Российской армии, Царевич вернулся в мастерскую, к дяде Васе. Куда ещё было ему идти? Да и нравилось ему в мастерской. Парень он был сметливый, «рукастый», любой развалюхе мог вернуть давно утраченную молодость. Разумеется, под чутким руководством дяди Васи. А через пять лет Иван уже и без дяди Васи справлялся с любой работой. Он стал настоящим Мастером.
Доводя до «ума» очередную потрёпанную «старушку» Иван любил напевать самодельную песенку.
