– А никто и не знал, – резко бросила Горчинская. – Наверное, или он сам растрепал, или слышал кто-то. Я в отключке была. Почти полной. Пристал ко мне, когда я в комнате спала. Я спала, а он полез ко мне, урод! А я, простите, после душа, без белья была. Не знаю, как мне удалось вырваться. Кажется, я его чем-то огрела по башке.
– Изнасиловать пытался? – понимающе кивнул Гуров.
– Думал, что я ему так дам, – зло процедила сквозь зубы Оксана. – Утром уже в голове немного прояснилось, что-то вспомнила и пошла к нему разбираться. Он или убить меня хотел, или крышу ему снесло от возбуждения. Придурок!
– Убить? А в чем это проявилось? – опешил Лев.
– Ну, то, что руки заламывал, это, конечно, фигня, а вот то, что чуть не придушил меня лапищами, это факт. А потом какую-то дрыну надо мной занес и угрожать стал, что, если буду сопротивляться, он меня пришибет. Что-то здоровое. Или бита бейсбольная, или ножка от деревянного стула. Я плохо помню. Я когда утром ему об этом сказала, он извинялся, говорил, что просто шутливо пугал, что мне все приснилось и что я дура. Потому что он, если бы хотел, то изнасиловал бы. Я же никакая была…
Ладно, не стоит пока наседать на Горчинскую, решил Гуров. Поговорить с ней на эту тему можно будет еще раз попозже. Слишком много совпадений, и слишком они яркие. Как на подбор! Убиты две девушки очень похожего типажа. Пропала следом третья девушка, похожая на первых двух. Выяснилось, что она просто поссорилась с матерью и ушла с компанией в загул. Но нет же! Как раз в этой компании есть человек, претендующий своим поведением на роль маньяка. Он пытался изнасиловать и убить ночью спящую пьяную девушку. Экспертиза никаких признаков изнасилования у погибших не обнаружила. Здесь попытка налицо. И попытка удушения, а потом нанесения удара по голове тяжелым предметом. Бред! Так не бывает, это не совпадение, это вообще «не из той оперы»! А еще у Гурова где-то в глубине души остался небольшой осадок. Или подозрение, что Горчинская на парня может просто наговаривать.
– Лора, мне надо с вами поговорить. – Он взял за локоть протрезвевшую Евсееву и отвел в сторону от других.
– Извините, – тихо произнесла девушка, застегивая пуговицы на своем платье. – Мы там с Оксанкой вели себя как пьяные дуры, вот по инерции так и получилось. Мы же не знали, что вы из полиции.
– Ладно, не будем сейчас об этом, – отозвался Лев. – Скажите, вы ведь с Оксаной Горчинской близкие подруги?
– Ну, как подруги, – пожала плечами Евсеева и хихикнула. – Тусуемся вместе, делимся всем, но вообще-то с Оксанкой дружить трудно. У нее характер еще похлеще моего. А когда нам обеим шлея под хвост попадает, так все вокруг ищут пятый угол.
– А Сергея Завьялова вы хорошо знаете?
– Ох! – Евсеева брезгливо передернула плечами. – Это типчик еще тот! Если честно, то на любителя.
– На любителя чего? – не понял Лев.
– На любителя садомазо, если вы настаиваете со своими расспросами. Извращенец, одним словом. Но я не осуждаю, каждый родился таким, какой он есть, со своими наклонностями. Я читала, что это все определяется какими-то там конфигурациями, наличием или отсутствием ножек у хромосом. Короче, человек не виноват, что он алкоголик, убийца или извращенец. Это ему досталось помимо его воли, с этим ему и жить.
– Знаешь, Лора, – усмехнулся Гуров. – Некоторые рождаются без рук и учатся писать и рисовать, зажимая ручку или кисть зубами, пальцами ног. Они все равно пытаются оставаться полноценными людьми. И алкоголики бросают пить, и толстые люди держат себя в руках, чтобы не есть много и похудеть, изматывают себя в тренажерных залах. А эта философия, что я не виноват, она очень вредная. Для общества вредная, и, самое главное, для самого человека вредная. А откуда ты знаешь про Завьялова, что он извращенец?
– Он приставал ко мне. Ну, сначала все было в рамках… целовались, даже приятно было, а потом, когда все дальше зашло… он стал мне предлагать… ну, все, что он хочет! Тут уж мне пришлось вырываться. Послала его куда подальше, конечно. А он засмеялся. Наверное, нашел себе другую игрушку.
– А откуда он вообще в вашей компании появился? И давно?
– Да его Оксанка к нам привела. Где-то с неделю назад. Не знаю, где она его выкопала! Так-то он ничего, прикольный, но когда выпьет, то лучше наедине с ним не оставаться.
Гуров отвел в сторону Молчуна. Тот посмотрел на озабоченное лицо московского полковника и насторожился:
– Что-то случилось, Лев Иванович? Или вы что-то узнали?
