– Да, было дело, – почти сразу согласился мастер по ремонту обуви, когда Гуров показал удостоверение и стал расспрашивать о мужчине, которого сбила машина. – Кажется, он пьяный был, хотя я не уверен.
– Расскажите, что вы видели, – попросил Лев.
– А почему вы расспрашиваете? – насторожился мастер. – Я понимаю, что вы сейчас заявите, что я должен был вызвать «Скорую помощь», в полицию сообщить, еще что-то…
– Подождите! – замотал головой Лев. – Я к вам за помощью пришел. Понимаете, мне очень нужно найти машину, которая сбила человека. Пострадавший в больнице, ему ничего не угрожает, но есть кое-какие серьезные причины, которые заставляют меня искать ту машину. Надеюсь, вы не обидитесь, если я вам об этих причинах не расскажу. Понимаете, тайна следствия.
– Ну, если помочь, – сконфуженно улыбнулся мастер в ответ на открытую улыбку полковника.
– Именно! Расскажите, что вы видели, какие мелочи привлекли ваше внимание.
– Оно как-то просто совпало, – пожал мастер плечами. – Сижу, работаю, вот как сейчас. Спина затекла, я и встал, отложил ботинок, потянулся… ну и машинально в окно посмотрел. Смотрел, несколько секунд, пока потягивался. Да, собственно, все и произошло очень быстро. Идет, значит, пьяный этот. Остановился, а потом то ли его качнуло, то ли ему надо было на другую сторону проезжей части перейти. Тут его машина и ударила. Откуда она взялась, я не понял, может, потому, что на мужчину глядел. Он растянулся на асфальте, я матюкнулся, а потом смотрю, нет, поднимается и руками машет на этого водителя, а тот даже не вышел из машины, объехал пьяного и дальше по улице. А этот подобрал с асфальта камень какой-то или кусок кирпича. У нас тут ведь все больше грузовые машины ездят на промзону. Часто можно то кирпич, то кусок доски найти. Он этим камнем и запустил в машину.
– Попал? – спросил Гуров.
– Представляете, – оживился мастер, – попал! Куда-то в заднюю часть, в багажник, что ли, а может, в задний бампер. А сам поднялся, заковылял снова на тротуар и ушел. Ну, я и успокоился, что все обошлось. Раз смог кинуть камень в машину и попал, значит, точно без последствий.
– Хорошо. А какая машина сбила человека?
– Вот не скажу. Легковая иномарка вроде. И цвет такой…
Через час Гуров, Молчан и Вадим Попков стояли возле машины Завьялова. Вмятина была хорошо видна на крышке багажника, в самой нижней ее части. Попков пожал плечами и, с сомнением присев возле машины, проговорил:
– Ударил он Гарунова сильно. И переломы, и кровь на машине осталась. Только он сгоряча еще половину улицы прошел. А что нам это дает? Эта вмятина сзади могла появиться здесь вообще неизвестно откуда и неизвестно когда. У меня один знакомый есть, так он по весне столько на своей машине находит всякого после того, как помоет ее…
– О знакомом мы потом поговорим, – улыбнулся Лев. – Сейчас лучше вернуться к Завьялову и убитым девушкам. ДТП, в которое попал Завьялов, по времени совпадает со временем смерти первой девушки. Завьялов не отлучался с места происшествия до приезда сотрудников ГИБДД. Кровь, обнаруженная на поврежденных частях кузова машины, принадлежит Гарунову, все обстоятельства происшествия совпадают. В результате мы имеем полное и доказанное алиби Завьялова. Что дальше. Остается еще второе убийство, которое еще не подтверждено, но…
– Лев Иванович, я не успел вам сообщить, – поспешно перебил Гурова Молчан. – Перед самым моим уходом из кабинета мне принесли результаты исследования. Вторая девушка покончила с собой. Это точно. Так что Завьялов к нашим делам отношения не имеет. Там и глубина пореза, и следы заморозки, когда она сама себе брызгала на левое запястье. Много нюансов. Так что это точно самоубийство.
– Час от часу нелегче, – задумчиво произнес Гуров. – Знаете, ребята, это тот редкий случай, когда я не особенно радуюсь тому, что это суицид, а не убийство. С суицидом, да в паре с первым телом, все закручивается так странно, что и не знаю, с какой теперь стороны подступиться ко всему этому.
– А мне кажется, все упрощается, – упорно продолжал демонстрировать свой скептицизм Попков. – Тут все, скорее всего, просто. Одну убили, а вторая покончила с собой. Или виноватой себя чувствовала, или жить не могла без той первой.
– Только твои фантазии к делу не пришьешь, – перебил оперативника Молчан. – Обстоятельства, которые привели к суициду, мы все равно должны установить. А потом, учти, что у нас очень похожие девушки умерли. Типаж один и тот же. Горчинская хоть нашлась, но и она, между прочим, меня все еще беспокоит. Может, мы в двух шагах от настоящего преступника, того самого маньяка, прошли и не поняли, не вычислили его. А он усмехается и ищет новую жертву. Нам не хватало еще снова Горчинскую потерять. Иногда, честно, думаю, чтобы охрану к ней приставить.
Договорить подполковник не успел. Зазвонил телефон, Молчан взглянул на номер абонента и извинился:
