Самолет уверенно набирал высоту, и Оля смогла, наконец, облегченно вздохнуть. Она сидела в кресле возле иллюминатора и с надеждой смотрела, как самолет разгоняется по взлетной, отрывается от земли и поднимается к облакам. И почему-то все время хотелось оглянуться назад, не гонится ли за ними… Кто? Давид? Так они же ничего по итогу не взяли.
— Чтобы продать такое количество оружия, придется как минимум организовать небольшую войну, — усмехнулся Ямпольский, улегшись на втором диване.
— Так ты у нас, выходит, разжигатель военных действий? — Аверин приподнялся на локте. — И как тебе спится спокойно?
— Если правильно все организовать, то не будет никаких военных действий, — ответил Ямпольский.
— Правильно это как?
— Вот, к примеру, одна воюющая сторона заказала у нас ракетную установку. Мои менеджеры сразу организовывают утечку информации, и противоборствующая сторона бежит покупать комплекс противовоздушной обороны. Таким же образом информация утекает обратно. И кто станет воевать, зная, что все их ракеты будут сбиты вражеской системой ПВО?
Аверин одобрительно хмыкнул, Ямпольский посмотрел на него с надеждой.
— Слушай, может, твои пираты возьмут? Я скидку хорошую сделаю.
— Не, ты же видел их, — безнадежно отмахнулся Аверин, — у них на обувь денег нет, откуда они возьмут на самолеты, еще и военные?
Оля с неприязнью смотрела на обоих. Хоть бы кому-то пришло в голову поинтересоваться, как она себя чувствует после пережитых событий. Нет, лежат, беседуют. Толстокожие, бездушные, эгоистичные…
— Оленька, ты там как? — хором спросили Аверин с Ямпольским, повернув к ней головы и глядя с неподдельным участием. — Иди к нам.
Она быстро закрыла глаза и притворилась, что спит. Через минуту ее накрыло теплым пледом, при этом знакомые руки как нарочно задержались на ее теле.
— Спи, спи, милая, — прошептал Костя. Она приоткрыла веки, стараясь, чтобы ресницы не дрожали.
Он смотрел на нее задумчиво, сведя на переносице красиво очерченные, будто нарисованные брови. И зачем мужчине такая внешность, только чтобы бабы вешались! Был бы он хоть немного страшнее…
Аверин смотрел на нее, сложив на груди руки, и все больше хмурился, а ей хотелось вечность вот так лететь, и чтобы он сидел рядом, обнимая ее вместе с пледом.
***
— Я ее отвезу.
— Отвали, я сам.
Они стояли у выхода из здания аэропорта и спорили до хрипоты, пока Оле это не надоело.
— Такое ощущение, что вам просто нужен повод, чтобы посильнее друг друга цапнуть, — не выдержала она, — прямо как тигр с коброй.
— Тигр с коброй? — удивился Костя, Ямпольский насмешливо хмыкнул.
— Это Данка тебя с коброй сравнила, — подтвердила Оля, — и мне кажется, в тебе правда что-то такое есть.
Аверин самодовольно ухмыльнулся, видно было, что такое сравнение ему польстило. Но тут же вернул себе невозмутимый вид.
— Аванс я завтра переведу на твой счет, — повернулся он к Ямпольскому. Тот отрицательно мотнул головой. Аверин нетерпеливо возразил: — Я не сделал то, для чего ты меня нанял.
— Нет, — упрямо сказал Ямпольский, — бриллиант был у Давида, моя разведка пришла к такому же выводу. Он больше нигде не может быть.
— Но я должен был его найти.
— Ты нашел.
— Но его там не было.
— Это все Дава.
— Но где-то же он должен быть!
Мужчины ошарашенно уставились друг на друга, как будто сделали невиданное открытие.
— Слушай, а может, — Аверин лихорадочно облизал губы, — может его действительно нет?
— Распилили?
— Легко!
Ямпольский задумался, а Аверин тем временем подошел к Ольге.
— Полетели со мной в Испанию, Оля, — он привлек ее к себе. — Я там буду три дня, потом улечу, а ты вернешься домой, если захочешь. Но побудь со мной эти три дня! Нам же было хорошо…
Он шептал ей на ухо, а оттуда по шее и спине уже бежали мурашки и дружно кричали:
«Беги, Оля, беги, как мы бежим, а то тебе…»
Она как очнулась и осторожно отвела от себя нетерпеливые руки. Уехать на три дня, а потом снова собирать себя по осколкам и пытаться склеить, чтобы хоть как-то существовать дальше?..
— Нет, Костя. Я поеду с Арсеном. Павловичем.
Прикоснулась ладонью к его груди, обтянутой рубашкой, и вымученно улыбнулась.
— Ну… Пока?
Аверин схватил ее за руку и сжал так больно, что она пискнула.
— Эй, не трогай девушку! — послышалось строгое. Ее оторвали от Аверина цепкие клещи и затолкали за широченную спину.
— Арсен Павлович! — от стоянки уже бежал Алексей с охраной. Ямпольский с ухмылкой взглянул на Аверина. — Аванс оставь себе. Девушка остается со мной. Скажи, — он не выдержал и сделал шаг вперед, — ты в самом деле решил, что кобра может быть сильнее тигра?
Из-за плеча Ямпольского Оле было видно, как Аверин сверкнул глазами, наклонился чуть ближе и сказал со змеиной улыбкой:
— Конечно! Если кобра тигровая… Или королевская!
Развернулся и пошел, не оглядываясь. Ни разу не оглянулся, как она ни надеялась.
Оля стояла на пронизывающем ветру и куталась в куртку. «Медикал-центр», куда ее пригласили работать, объявил в городе месячник борьбы со СПИДом, и сегодня на центральной площади города была установлена сцена, на которой собрались спонсоры и меценаты мероприятия. Журналисты толпились под сценой.
