К счастью доктор Коул сегодня работал и был не занят. В регистратуре Джону и Дугласу выдали белые халаты и указали, где находится лифт, на котором нужно было подняться до пятого этажа, где и находился кабинет. Уже через пять минут они стучали в искомую дверь. После разрешения войти Миллстоун открыл дверь и направился вперёд.
Доктор Коул оказался приземистым мужчиной с усами. Его лысое темя блестело в солнечных лучах, попадавших через окно, которое частично закрывали жалюзи. Вид у него был сосредоточенный и то ли из-за этого взгляд, который он бросил на вошедших показался им подозрительным, то ли потому что приход полицейских его действительно встревожил.
– Добрый день. Я детектив Миллстоун из полиции Джейквиля. Это мой напарник, детектив Эгил, – они показали документы.
– Чем обязан? – спросил он вполне спокойно.
– Мы хотели бы поговорить с вами о Роберте Больене.
– О Больене? – удивился Коул.
В то же время на его лице выразилось удивление с оттенком облегчения, как будто он был рад, что полиция пришла по этому вопросу, а не по тому, который вызывал у него беспокойство.
– Да, – кивнул Миллстоун, раздумывая над тем, как снова нащупать ту тревожную нить, которая заставляла доктора нервничать.
– Насколько я знаю, Робоерт Больен убит, и не представляю, чем могу вам помочь.
– Верно. Именно обстоятельства его смерти мы и расследуем. Вы были его лечащим врачом, когда он попал в аварию?
– Да. Но какое это имеет отношение к его смерти?
– Я не уверен, что эти два события связаны, но ведь нужно принимать во внимания все заметные события из его жизни.
– Вам виднее, – ответил Коул с некоторым раздражением, как будто Миллстоун призывал его к обсуждению вопросов, в которых тот ничего не понимает.
– Как вы можете охарактеризовать его состояние в тот момент, когда он поступил к вам на лечение?
– Критическое. Я уже не надеялся, что он выживет.
– Что произошло потом? – сухо спросил Миллстоун.
– Потом его состояние стабилизировалось, но в себя он не приходил. Тут всё зависело от организма.
– И организм справился, хотя шансов у него было очень мало. Так?
– Ну, почему же, – пожал плечами Коул, – он же уже не был на грани, как в первый день, когда только поступил.
– Он получил много травм?
– Достаточно. Но ведь то, что он смог прийти в себя ещё ничего не значит. Ещё около месяца Больен провёл на больничной койке.
– Вы не думаете, что он поправился слишком легко или слишком быстро?
– Всё зависит от возможностей организма. Больену в этом отношении повезло, больше я ничего сказать не могу.
– И не было ничего странного в его организме?
– Нет, – нахмурившись, покачал головой Коул, – у вас есть какие-либо подозрения по этому поводу?
– Нет. Я ведь не медик, – виновато улыбнулся Миллстоун, чтобы немного разрядить обстановку.
– Ну, в таком случае, я могу заверить вас, что всё было в порядке. Гораздо серьёзнее дела обстояли с его сознанием. Хоть сам он уверял, что оно не подверглось никаким деформациям, это было замечено и признано его коллегами и близкими.
– Я слышал об этом, – обыденно заключил Миллстоун, – скажите, а кто ещё кроме вас, ухаживал за ним и вообще имел хоть какое-то отношение к лечению?
– Его коллеги настояли, чтобы этим занимался только я. В коридоре дежурила охрана, которая не пускала посторонних.
– И вы всё делали один?
В этот момент Коул немного замешкался.
– Нет. Мне помогала сестра Авве. Её проверили и допустили к Больену.
– А сейчас она тоже здесь?
– К сожалению, она уволилась и уехала из города.
– Хм, – задумался Миллстоун, – а вам не кажется это странным, мистер Коул?
– Ничуть, – покачал головой врач, – увольнения у нас не редкость. Медицинские сотрудники сейчас очень востребованы, и при должной квалификации найти работу с приличной оплатой не составит труда. Сестре Авве, к примеру, предложили место в Флаенгтоне с возможностью дальнейшего обучения.
– А как вы можете её охарактеризовать?
– Я считаю, что она вполне заслужила это приглашение. Это очень покладистый и педантичный человек. Она лишь недавно окончила училище, но уже считается опытным сотрудником.
– Неплохо, – покачал головой Миллстоун, – а она не говорила, в какое конкретно место собирается устраиваться?
– Нет. Но судя по форме характеристики, которую она попросила, это заведение частное. Тем более, что в противном случае ей проще было бы оформить перевод.
– Понимаю. И, конечно же, никаких странностей в поведении сестры Авве вы не заметили.
– Нет, – уверенно ответил Коул, – она была образцовым работником.
– Что же, мистер Коул, не буду вас больше отвлекать. Вы могли бы предоставить мне копию личного дела сестры Авве? – спросил Миллстоун, вставая.
– Если вы в чём-то её подозреваете, то я заверяю вас в её непричастности, – Коул тоже встал.
– Подозрения – моя работа, – улыбнулся Джон, – к тому же, между подозрением и обвинением есть разница.
– Обратитесь в регистратуру. Я отдам распоряжение, пока вы будете спускаться.
– Благодарю, мистер Коул, – сказал Джон, протягивая руку на прощание.
– Если я смогу вам чем-то помочь, можете обращаться.
– Разумеется, – учтиво улыбнулся Джон.
