– Ты готов взять на себя ответственность? Не забывай, что того, на кого ты укажешь, эти два молодых головореза пристрелят тут же за углом, в пыли, если им понравится этот вариант. Здесь тебе не твоя федерация, судить никого не будут. И тюрьмы здесь редкость. Если только каторга, но это не про нас.
– Мы здесь руководствуемся ситуацией или хотим установить истину? – спросил Джон, доставая сигареты.
– Истину, – кивнул Бакстер, – но делать это надо очень осторожно. Мне самому не нравится, что у меня под боком завёлся убийца, но и ошибаться нельзя.
Миллстоун закурил. Всё нужно делать проще. Опросить присутствующих нужно, но первые действия надо делать уже сейчас, а то потом можно пожалеть, что не позаботился о чём-то, о чём стоило позаботиться. Он снова оглядел тело, стол, пистолет. Убийца ждёт рассвет, чтобы скрыться или скрыть следы. После этого мотивы и средства точно будут неважны.
– Мы можем здесь делать всё, что хотим? – спросил он Бакстера.
– Да. Что ты хотел бы сделать? – усмехнулся бородач.
Миллстоун зашёл справа от трупа и поднял с пола пистолет. Отпечатки ведь всё равно никто не будет снимать. А пистолет, судя по всему, никто, кроме убитого, здесь не видел. Впрочем, это была небольшая перестраховка, но это было как раз то действие, которое нужно было сделать сейчас.
– Зачем он тебе? – спросил Бакстер, – привычка мародёрить?
Джон посмотрел на него с негодованием и скукой.
– Было бы что мародёрить, – спокойно ответил Джон, – впрочем, если не верите, он всё равно пока может побыть у вас.
Он протянул оружие Бакстеру. Тот посмотрел с ещё большим недоверием, чем если бы Джон молча положил пистолет себе в карман.
– Что ты задумал? – спросил он.
– Пока ничего. Будем действовать по ситуации. Нужно сначала поговорить со всеми, а потом уже принимать решение.
– А ты, выходит, соврал, что не сыщик?
– Это слишком гордо звучит. При слове "сыщик" мне представляется человек, ищущий важные государственные документы или что-то в этом духе. А мы тут ищем мелкого убийцу, которого в два счёта раскрыли бы, произойди это на территории федерации.
– Значит, ты там работал сыскарём. Да?
– Приходилось.
– Ладно. Потом расскажешь. Ствол можешь себе положить.
– Благодарю, – сказал Миллстоун, убирая пистолет во внутренний карман куртки, – просто, может статься, что действовать нужно будет оперативно, а оружие будет не при мне.
– Только не вздумай делать никаких глупостей, усёк? Здесь я решаю, кто убийца, а кто нет. Ты наших порядков не понимаешь, так что дров наломаешь в два счёта.
– Я понял. Всё через вас.
– Надеюсь, понял. Ладно, ну убили его, теперь понятно. Дальше что?
– Сначала вы, – сказал Миллстоун, снова закуривая, – вы ведь знали его?
– Кто ж его тут не знает? – усмехнулся Бакстер.
– Кто он? Я пока понял только, что это кто-то важный.
– Это Свинни, один из отцов-основателей, – сказал бородач и умолк, как будто бы из этой фразы Джон мог вывести логически все остальные интересующие его данные.
– Отцов-основателей чего? – спросил Миллстоун серьёзно.
Ему казалось, что Бакстер уже усвоил тот факт, что Джон раньше не бывал в этих краях и совсем не посвящён в дела, происходящие здесь, но сейчас бородач снова делал вид, как будто бы говорит с человеком, равным себе по знаниям местной обстановки.
– Аллитента. Это наша община. Мы с ней соединились недавно, но дружили с самого начала.
– Этот постоялый двор принадлежал ему?
– И ему, и всей верхушке. Заправляет здесь тот лысик, который привёл нас сюда – Франк. Но распоряжаться мог Свинни и все остальные. Не знаю, как у них там поделено, кто за что отвечает, но кроме Свинни здесь никто не объявлялся.
– Так. А те пареньки внизу?
– Сыновья. Наверное, кутили в Пастоне, раз так быстро примчались. Это тут рядом, километров десять.
– А никто из них не имел на папашу зуб?
– Нет. Они за ним, как за каменной стеной. К тому же, если бы выяснилось, что кто-то убил его, обоих бы выгнали или продали каким-нибудь рейтонам.
Джон злился из-за того, что ни названия поселений, ни обозначения членов группировок ничего ему не говорят. Сложно было строить нормальные выводы на столь зыбкой базе. К счастью, интуиция подсказывала ему, что в данном конкретном случае все значимые связи и события сконцентрированы в этом месте. Именно в этом месте, и можно всё понять, не выходя отсюда.
– Что будет с телом? – спросил Миллстоун.
– Да ничего, – пожал плечами Бакстер, – если мы скажем, что оно нам больше не нужно, его заберут Билли и Маки – сыновья. Думаю, за пару монет найдут кого-нибудь, кто поможет им. Машину вызовут, а уж там как по поводу похорон, я не знаю.
– Хорошо. Пусть тогда пока остаётся на месте. Если мы не управимся до рассвета, то не управимся вовсе, а до этого ничего не случится.
– С чего начнём?
– Нужно позвать сюда сыновей.
– Сюда? Спятил?
– Ничуть. Попросите лысого? Забыл, как его зовут.
– Франк, – с недоверием и неодобрением ответил Бакстер, посмотрев на Миллстоуна.
