– Нет. Нам хватит места. Джон ведь сможет поспать на веранде? – хоть она и спрашивала наполовину утверждающим тоном, появилось ощущение, что его пожелания будут учтены.
– Конечно, – ответил Миллстоун.
– Ладно. Тогда я схожу пока домой?
– Приходи кормить животных.
– Конечно.
Миллстоуну тоже нашлась работа. Первым делом он сходил к одному из жителей и купил у него канистру с бензином. Долли, наверное, хотела заправиться в Хестоне, но в последний момент им оказалось не до этого. Когда он вернулся, хозяйка и Марта поливали огород. Снова нужно было носить воду. Так прошло время до вечера.
Девушка определённо не была привычна к какому-либо труду, хоть и не отказывалась от него. Сразу после скромного ужина она начала клевать носом, и Долли уложила её в комнате, где днём раньше спал Миллстоун.
– А твоя собака раньше так на кого-нибудь лаяла? – спросила Долли, когда они сидели на крыльце и курили.
– Нет.
– А почему залаяла на неё?
– Не знаю. Может быть, что-то почуяла. Какой-нибудь запах, который ей знаком по другим людям. Может, они плохо с ней обращались.
– Вроде ничем таким не пахнет.
– У собак нюх острее.
– Хочешь выпить? – резко меняя тему, спросила Долли.
– Хочу.
– Пойдём. Нужно же как-то отметить чудесное спасение. Заодно покажу тебе место, где ты будешь сегодня спать.
Веранда была не слишком просторной, но достаточно уютной. На ней стоял старый диван, с изрядно поношенной обивкой, примерно такого же вида кресло и облезлый столик. Окна выходили на задний двор, через них была видна часть огорода и сараи.
Долли принесла большую бутылку своего вина и яблок.
– Порежешь? – попросила она Миллстоуна, протягивая небольшой кухонный нож.
– Конечно.
Она разлила вино по бокалам, один из которых взяла сама, а второй протянула Джону.
– За спасение, – сказал он, чокаясь с ней.
Долли только усмехнулась, но ничего не сказала. Она залпом выпила стакан некрепкого вина, и взяла дольку яблока.
– Значит, ты сбежал, – заключила она.
– Почему?
– Прихватил с собой игрушку.
– Может быть, она моя изначально.
– Такую сложно достать, я когда-то хотела что-то такое.
– Неужели у Хепперов нет?
– Нет. У них всё большое. В кармане вот так не спрячешь.
– А мне всегда хотелось большую пушку, но потом я понял, что главное не размер, а сила.
– Дашь посмотреть?
Миллстоун достал из кармана лазер и протянул собеседнице. Она повертела его в руках, посмотрела на излучатель, потом прикинула вес и вернула Джону.
– Ладно, захочешь, сам расскажешь.
– Ты права, сейчас пока не стоит, – сказал он, убирая оружие обратно во внутренний карман.
– Допивай.
Он послушно осушил стакан, и она тут же налила ещё. На этот раз обошлись даже без символического тоста, а просто выпили.
– Ну, спрашивай тогда.
– Что?
– Что хочешь.
– Ну ладно, – Миллстоун допил стакан, поставил его на стол и полез за сигаретами, – расскажи мне об этих наёмниках. Кто они, как вообще у них всё делается?
Он протянул открытую пачку Долли, и та взяла сигарету.
– А чего о них рассказывать? Есть человек, который хочет другого человека. Убить, поиздеваться, заставить что-то делать. Он делает заказ, ему доставляют. Если человек дешёвый, то есть обычная цена. Если с ним пришлось повозиться, то она возрастает. Если вообще конкретный заказ, то может быть очень дорого. Как у твоего знакомого.
– Они не враждуют друг с другом?
– Нет. Их бы тогда не осталось. Думаешь, нет тут тех, кто готов перестрелять всех, таких, как Хаспер? Да я сама бы всадила ему пулю в башку, не будь он мне нужен.
– Это понятно, но, положим, кому-то достался хороший заказ, а Хаспер хочет его перехватить.
– Нет. Кому достался, тому достался. Если у других есть информация, то они подскажут. Но и ты должен подсказать если что. Их дело на этом и держится. Легко, думаешь, найти человека?
– Представляю. А кто на них охотится?
– Они сами называют их тряпочниками, потому что на лице у всех платок. Ещё шляпа большая всегда.
– Ну, хоть кто-то здесь за правое дело.
– Здесь у каждого своё дело. У всех наёмников, особенно тех, кто занимается рабами, есть тайники. Выследил, проводил, шлёпнул – всё твоё.
Грациозным движением руки она подхватила бутылку и разлила по стаканам очередную порцию. Начинались сумерки, и Джон подумал, что неплохо было бы подумать об освещении.
– И у Хаспера, стало быть, есть тайник, – заключил Джон.
– У этой твари очень хороший тайник. Я надеюсь, что кто-то даже пулю получит при дележе. И потом, у него всегда есть несколько рабынь. Он оставляет себе самых нормальных, так что и за них кто-то подерётся.
– А говоришь, наёмники ладят.
– Просто когда увидят, сколько там барахла, тут уж будет не до кодекса. Хорошо бы ещё, чтобы потом появились тряпочники и добили того, кто останется жив. Они в основном отпускают рабов.
– А не в основном?
– А что, по-твоему, раб не может быть мразью, которую не грех шлёпнуть?
Джон кивнул и улыбнулся. Долли легко коснулась его стакана своим и выпила, на этот раз только половину.
– Значит, тут очень легко стать рабом.
– Легко, – подтвердила девушка.
– Да, если бы не эти тряпочники, вообще и шагу нельзя было бы ступить.
