Милое дитя полностью

– Кирстен! Что это значит? Выпусти меня!

Колочу по двери, кричу. Я не в себе. Это сон, просто дурной сон. Мне не хватает воздуха.

В этот момент в другом конце комнаты слышится смех. Его смех.

И голос:

– Как ты, Лена?

Езжай быстрее. Быстрее-быстрее-быстрее.

Стрелка спидометра дрожит у отметки 180. На большее старая колымага не способна.

Куда он ее повез?

Герд! Я вспоминаю слова Герда… «Даже спросил у меня адрес Ясмин Грасс, чтобы отправить ей открытку. Конечно, адрес дать я ему не мог, но сама по себе просьба показывает, что это за человек».

Человек, который и без помощи Герда в состоянии узнать адрес Ясмин Грасс. Это любому под силу, достаточно сделать пару кликов в интернете. Я всматриваюсь в даль. Но на дороге пусто, габаритных огней не видно, нигде.

А если он повез ее куда-то еще?

Я потерял кучу времени, пока вернулся в дом, взять ключи от машины. Годы ушли на то, чтобы открыть гараж, и еще столько же – чтобы задним ходом выгнать машину из гаража. Почти четырнадцать лет.

Я дал Марку слишком большую фору.

Не стал тратить время, чтобы накинуть куртку или обуться. И жму на педали в домашних тапочках.

Следовало потратить время, чтобы прихватить мобильник, который теперь бестолково лежит на ковре в гостиной.

Без телефона у меня нет возможности вызвать помощь.

Я один.

Он был у меня в руках.

Я обеими руками держу его за воротник, приперев к стене. Смотрю в его багровое лицо.

Отвечай, скотина, где она?

И я его отпустил.

В голове звучит его голос. Он рассказывал нам про Марнеталь, чудесное место, сказочная природа… Лжец. Он просто потешался над нами. Даже признался, что у него есть дочь. Ханна. И как я не раскусил его?

– Папа, – доносится с заднего сиденья. В зеркало видны только ее светлые волосы, и глаза поблескивают в темноте. – Ты должен меня спасти, папа.

– Знаю, родная, – отвечаю я сдавленным голосом.

– На этот раз ты и впрямь должен меня спасти.

– Да, Лена, я знаю. – Дорога впереди начинает расплываться, я вытираю глаза тыльной стороной ладони. – Я приду и спасу тебя. На этот раз я не оставлю тебя в беде, обещаю.

– Но ты должен поспешить, папа.

Стрелка подбирается к отметке 200. В машине все дребезжит.

– Где Кирстен? – спрашиваю я сиплым голосом.

– Она не придет, – отвечает он. – Никто не придет.

Я стучу ладонью по двери и принимаюсь орать:

– Кирстен! – и следом: – На помощь!

– Замолчи! – шипит он. – Ты же не хочешь растревожить соседей?

Я продолжаю колотить по двери и орать. Дергаю ручку, но та лишь скрипит, и скрипит, и скрипит. В следующую секунду появляется его рука. Вслепую шарит в непроницаемой темноте, несколько раз промахивается, но в конце концов находит свою добычу. Зажимает мне рот и нос, слишком плотно. Мне нечем дышать. Я чувствую спиной его туловище и его ладонь у себя на лице. Вырываюсь, бью ногой по двери. Рывок. Я падаю назад, с силой ударяюсь об пол. Завываю. От ужаса, от боли и безысходности.

– Прошу тебя, открой дверь.

Молчание.

– Включи свет, умоляю.

Откуда-то из мрака звучит его голос:

– Боюсь, это не так просто, Лена. Я вырубил щиток.

Я отползаю назад, пока не упираюсь спиной в стену. Осторожно поднимаюсь, шарю рукой по стене. Слышен шелест. Бумага, одна из расклеенных мною распечаток. Другую ругу вытягиваю перед собой, в пустоту. Где он?

– Как ты это устроил? Кто тебе помог?

– Помог? Мне? – Он смеется, звук доносится справа. – Никто, Лена. Я же Бог, мне не нужна помощь. – Шаги; он медленно приближается. Шепот: – Я даже могу восстать из мертвых.

Я двигаюсь вдоль стены, подальше от него. За моей спиной шелестит бумага.

– Но ты хорошо приложила снежным шаром, если тебя это утешит. Я заработал сотрясение и даже вынужден был взять больничный.

Я дрожу, он смеется.

– Впрочем, и в этом есть свои плюсы. Так у меня появилось время, чтобы все подготовить.

– Ты убил водителя, – роняю я в темноту.

– А ты? Ты пыталась убить меня. Выходит, ты ничем не лучше? Но, должен признаться, я удивлен, что ты осознала все только теперь. Я думал, ты умнее, на самом-то деле.

– Ханна… – произношу я шепотом. У меня подгибаются ноги. Соберись, двигайся дальше, вдоль стены, осталось еще несколько шагов. – Ты отправил за мной Ханну.

– Нет, вообще-то она сама за тобой последовала. И у вас даже была неплохая фора. К тому же после удара я, к сожалению, был не в той форме, чтобы догнать вас. Но потом ты, к счастью, угодила прямо под машину…

На секунду воцаряется тишина. Затем я слышу, как он усмехается.

– Но я чувствую, ты ждешь разгадки, как в фильме, не так ли? В таком случае необходимо представить события после аварии, с точки зрения отрицательного персонажа. Показать, как он кромсает лицо своему дублеру, собирает самое необходимое, дает сыну инструкции, чтобы все отчистил и ждал, а сам в это время перегоняет машину через чешскую границу и прячет. Как он самодовольно улыбается, потому что знает: к тому времени, когда полиция найдет хижину, он будет уже далеко.

Он снова смеется, где-то справа, слишком близко. Я бью наугад – и не попадаю.