– Вот. Добровольно такое не оставляют, а потерять могли, – кивнула девушка.
Женщина свела к переносице густые черные брови и пожевала нижнюю губу.
– Думаете, ритана, случилось с жиличкой чего?
– Скорее всего, – кивнула Тони.
Что с ней могло случиться? О, что угодно! Она могла попасться, когда вытаскивала труп. Могла просто все бросить и сбежать. Могла… к примеру, если мужчина приехал не один, а с водителем… вот тогда ей точно пришлось бежать наспех. Потому и бросила большую часть вещей. И побрякушки… что поценнее она взяла с собой, а тут… серебро, перламутр, то, что стоит медяки на побережье.
Тони решила рассказать обо всем Эрнесто Риалону, а костюмы купила. Оба.
Зачем?
Да кто ж его знает! Захотелось…
И жемчужинку получила в довесок. Тоже захотелось.
Рейнальдо покупку одобрил.
Тони разложила ее в магазине на прилавке и принялась подкалывать булавками – прежняя владелица в некоторых местах была немножко объемнее. В груди, например. Надо сейчас сколоть, а потом хоть как-то, но прошить. Чуть-чуть, чтобы не болталось все, как у козы вымя. Не вату же подкладывать?
Выпадет еще, народ насмешит.
Тихонько звякнул колокольчик.
– Добрый день, ритана.
– Здравствуйте, сеньора.
Вошедшая женщина была удивительно хороша собой. Черные волосы уложены в сложную прическу, дорогое платье, черные глаза, точеное лицо…
Таким место не в ее магазинчике, а где-то в дорогих лавках на центральной улице.
И все же, все же…
– Я могу вам чем-то помочь? – дружелюбно спросила Тони.
– Не знаю, – честно ответила дама, прошлась по магазинчику, пожала плечами. – Не знаю. Говорят, у вас встречаются интересные вещички…
– Для вас? Для подарка? Для супруга? – подметила Тони обручальное кольцо.
Сеньора снова пожала плечами.
– Не знаю…
Тони задумчиво хмыкнула. Самый худший вид покупателя. Не знающий, чего изволит.
Все-то у дамы есть. А что ей нужно? Чего она хочет?
Не ясно даже ей самой.
Чего-то…
Дети? Судя по всему, дети у нее есть, но ими занимаются служанки. А что остается делать сеньоре? Ухаживать за собой?
Ходить в гости?
Гулять по театрам и балам?
Да, многих это устраивает. Но не эту даму, нет… слишком сильная и цельная у нее натура. Такие любят от души и ненавидят до боли. Такие не готовы всю жизнь прожить певчей птичкой на ветке… даже не на свободе, нет. В клетке…
Она так не сможет. Вот и остается – ездить по магазинам, что-то искать, или искать себя… она сама пока не знает.
Тони улыбнулась.
– Кажется, у меня есть то, что вам нужно.
– Неужели?
Девушка пожала плечами.
– Для дамы с вашим вкусом, вашим изяществом – несомненно. Пройдемте, прошу вас…
Старый станок.
Не ткацкий, нет. Удобная распорка, на которой покоится круглая подушка, аккуратно приколотый на ней сколок, даже уже начатый, тихо побрякивающие коклюшки…
– Что это?
– А вот это – папка. Поглядите, пожалуйста.
Тони протянула женщине сколки, но папка повисла в воздухе.
– Откуда вы знаете, что я плела кружева?
– Я не знаю. Просто у вас такое… одухотворенное лицо. Мне показалось, что это вам подойдет… не вязание или вышивка, они банальны, а именно кружевоплетение.
Тони лично ни вязать, ни вышивать, ни кружева плести не умела, и никакое умение ни лишним, ни банальным не считала, но чувствовала, что именно надо сказать этой милой и грустной женщине, которая пытается найти хоть какое-то дело в своей жизни.
Женщина кивнула. Уселась на банкетку рядом с подушкой, ласково провела пальцами по коклюшкам.
– Кому они принадлежали?
– Одной мастерице. Она больше не могла плести и продала все.
– Именно так?
– Именно так. Сказала, кого узор позовет, тому и владеть.
Мастерица, собственно, умерла, подушку продала ее семья, да и слова Тони придумала. Но здесь и сейчас ей казалось, что так – правильно. Вот именно так.
– Пожалуй… Сколько я вам должна?
Женщина все же приняла папку и теперь перебирала сколки. Что-то вызывало в ее глазах искры интереса, что-то явно откладывалось «на потом»…
Тони улыбнулась и назвала цену.
Кажется, она угадала. И в этот раз – угадала.
Эрнесто Риалон ласково коснулся ладонью отполированного человеческого черепа. Ночи он ждать не собирался, есть время – надо работать. Есть ритуалы, для которых важно и время, и место. Есть те, которые хоть ты на рассвете проводи. Вот у него сейчас был второй вариант, когда нужен только реквизит – и некромант.
И вот не надо! Приличные некроманты давно уже с лопатой по кладбищам не ходят и могилы не разоряют!
Анатомический театр и только анатомический театр!
И даже специальные разрешения на использование частей трупа.
Эрнесто надо было решить отложенную «на потом» задачу. Не хотелось, но надо, честно говоря.
Барбара.
Он еще женат – или уже нет? И что с его супругой? Она сбежала, или еще что-то произошло, или…
Надо бы, конечно, раньше этим заняться. Но будем честны, ритана Барбара в жизни тана Риалона была даже не на сотом месте. Где-то там, далеко, после хорошего кофе и удобных тапочек.
Шуршит что-то такое в доме – и пусть ее. Статус обеспечивает, опять же, попользоваться иногда можно. Да и сыну мать нужна…
М-да.
Лоб здоровый, скоро своих детей наделает… ладно!
