Когда в доме такое творится, тут не до гостей. Если бы Тони в тот день опоздала, Паулина сейчас бы занималась похоронами сестры. А то и родителей… каково им было бы такое пережить?
Ох, не надо даже думать… жутко становится.
Пока Альба, пока больница, пока…
Да, про предложение Паулина тоже знала. От Риты.
А вы пробовали что-то скрыть от прислуги? Ну-ну, помечтать, конечно, можно, а вот скрыть – не получится. Эти все узнают. И сразу.
Откуда? Вот так и поверишь в наличие у них лишних пар глаз и ушей.
Слуги были искренне рады за Тони.
Тана Эрнесто знали. Не любили – некромант же, такого любить вредно для здоровья, с ним и рядом-то находиться сложно, но признавали мужчиной надежным и ответственным.
Ритану Барбару – стервой и гадиной.
А Тони… если она любит, и он любит – так чего ж плохого? Совет да любовь! А если кто не согласен… на кухню лучше не заходить. Сеньор Фарра этот союз одобрил, а половник у него тяжелый. И ножи острые.
– Можем, – согласилась Тони. – Что у тебя случилось?
Паулина прошлась по комнате, постукивая каблучками. Тони подняла брови, глядя на девушку. А ведь…
Интересно, правда? Паулина и раньше растрепой не ходила, но тут! Платье из выходных, шелковое, дорогое, волосы уложены в прическу, а не просто заколоты в узел, как раньше, туфельки на каблуках, даже немножко краски на лице…
– Ты куда-то собираешься?
– Нет…
– Тогда… кто он?
Паулина сморщила нос.
– Догадалась?
– Несложно было догадаться, – пожала плечами Тони. – Ты себя-то в зеркале видела?
– А ты себя? – ощетинилась девушка.
– Видела, – охотно согласилась Тони, – и мне нравится то, что я вижу.
Все верно, Тони перестала постепенно использовать снадобья мастера Доменико, вроде как уже и ни к чему. И кожа очищалась. Глаза сияли, волосы падали шелковистой волной, губы улыбались… что еще надо? Лучший рецепт женской красоты – счастье и еще раз счастье.
Паулина фыркнула.
– Вот и мне нравится. И… ему тоже.
– И как его зовут? – начала о чем-то догадываться Тони.
– Его зовут Игнасио, – отчеканила Паулина.
Тони поглядела на нее почти с ужасом.
– Так вы… так ты…
– Мы продолжаем встречаться, – кивнула Паула. И с вызовом поглядела на Тони.
Некромантка села на стул и взялась за виски. У нее и голова заболела, и зубы, и вообще – все сразу.
– Паула, милая… он – ПРИЗРАК!!! У вас будущего вообще нет. Никакого.
– Тони, милая, – четко скопировала ее тон Паула, – мне плевать на то будущее, которого хотят для меня другие. Мне важен этот конкретный мужчина. Я его люблю. И мне все равно, кто и что там подумает.
– Он – призрак! Он мертв уже давно!
– И что?
Тони даже головой замотала.
– Он даже обнять тебя никогда не сможет.
– Мне плевать.
– А когда ты захочешь семью, детей…
– Тони, неужели не ясно? Мы – две половинки. Зачем мне кто-то и что-то еще? Игнасио обещал, что всегда будет рядом, но… он не свободен. И я хочу знать, как можно привязать его ко мне.
– А ты понимаешь, что ты не обладаешь никакой силой? Ты не маг, ты обычный человек, с тебя ему тянуть, кроме жизни, нечего! Призрака можно привязать к тебе, но вы будете проживать твою жизнь на двоих.
Год тебе – год ему. Могла бы прожить еще шестьдесят лет – проживешь тридцать.
Пожатие плечами.
– Навсегда будешь к нему привязана. Он остался здесь после смерти – и ты останешься.
Радость в темных глазах.
– Правда?
– Да. Родителей пожалей! – сорвалась Тони. – О себе не думаешь, так о них подумай! Каково им будет тебя похоронить?!
– К тому времени, как я умру, их тоже не будет. А Альбе еще и понравится – ей же все достанется, наследство делить не придется.
Тони качнула головой.
Ну, если речь зашла о деньгах, не такая уж тут романтика. Нет, не такая… тут уже все обдумано, это не вздохи под луной…
С другой стороны…
– Паулина, давай так. Я тебе обещаю, что как только я разберусь с одним делом, я сделаю все возможное для решения твоей проблемы.
– Что за дело и как долго ты с ним будешь разбираться? – тут же уточнила Паулина.
– Я не могу рассказать. Это не только моя тайна. А как долго… – Тони вспомнила метнувшегося из темноты Дальмехо. – Месяц, полагаю. Вряд ли больше. Я хочу уладить это ДО свадьбы.
– Месяц я подожду.
– Если у меня все это затянется, я тебе скажу, – пообещала Тони. – Там не только от меня зависит. Но если все сложится хорошо, если мы будем живы и здоровы, я постараюсь тебе помочь.
Паулина кивнула.
– Хорошо. Спасибо, Тони. Игнасио просил меня молчать, но я… я больше не могу.
– Просил – молчи, – кивнула Тони.
И подумала, что тоже помолчит. Чтобы не убить наглого призрака. Нашел, кому голову крутить! Зараза дохлая!
А с другой стороны…
Может, и правда влюбился?
Нет, не будет она с ним говорить. Не надо. Если все сложится хорошо, она постарается как-то помочь им с Паулиной. А если плохо…
А если плохо – тогда и думать не придется.
Дженио откровенно трусил, входя в особняк.
Выйдет ли он отсюда?
Судьбу и вид Дамиана он отлично помнил, и для себя такого не хотел. Но ведь и выигрыш обещал быть баснословным. При удаче. Рисковать стоило, да и подстраховка у него была, какая-никакая… ладно, скорее, никакая.
Но…
