Когда острыми, как бритва когтями, она стала тянуть голову бедняжки в разные стороны, не слушая жалобных всхлипов, а, только прислушиваясь к звуку отрываемых позвонков, девушка облизнулась и продолжала говорить:
–Ты должна знать, малышка, что с такими как мы, нельзя разговаривать. Дети, вечно непослушные. Я помню, что отрезала язык одному из вас, за то, что он грозил нам, что расскажет о нас. Я не знаю, точнее, не припомню, как это было, но, во всяком случае, я точно помню этот вкус. Вкус свежего языка.
Раздался еще один всхлип. Девочке казалось, что весь мир померк. Ужасающая боль, она разливалась по всему телу, притупляя остальные чувства. Пряха продолжила говорить:
–Ваше любопытство кормит меня, понимаешь, а?– девушка подмигнула ей и засмеялась– Сегодня меня ждет джек-пот в виде оторванной головы.
Позади нее раздался голос русой девушки:
–Это говорит сумасшедшая гедонистка, которая сама поклялась больше не есть человеческие головы.
–Мамад, дорогая. Когда тебя ждет такой сюрприз в виде маленькой девочки? Ты представляешь, как хороши молодые мозги на вкус?
–Я представляю, как будут пахнуть наши денежки, которые ты нам отдашь, когда съешь эту голову.
Одним резким движением, Патриция оторвала девочке голову:
–Черт возьми, Мамад. Я хотела помучить ее. Если бы ты знала, что для таких, как мы, деньги не пахнут…
С оторванной головой, пряха взлетела на верхушку дерева и исчезла в его кронах, провалившись в пещеру. Остальные две последовали за ней. Дерево, что росло на холме, корнями углублялось в эту самую пещеру, свисая плетнями до самого кровавого месива, расположенного на дне. Девушки расхаживали по кровавой луже огромного размера, внутри пещеры, как ни в чем не бывало, они то и дело заглядывали в котел, где что – то булькало. Одна из них стояла над котлом и постоянно бормотала, помешивая очередную стряпню, напоминавшую зеленую жижу из болот. Другая девушка ходила взад и вперед, останавливаясь, чтобы посмотреть на зеркало в руке и потом поворачивалась к сгнившему черепу в другой и спрашивала:
«Я создана, чтобы быть красивой?»-на что череп отвечал:
«Разумеется, моя госпожа».
Третья же кинула оторванную голову в реку крови и просто бегала по кругу, цепляясь о какую-нибудь оторванную конечность ногой, поднимала штуковину, обычно это была рука или нога человека, из лужи крови и сгрызала ее.
Когда старшая девушка, ее звали Мамад, что– то видела в котле, она ворчала, когда же изображение пропадало, она, вырывая волосы, бросалась в котел с кипящей жижей и билась о дно головой. Она ценила власть и могущество, что имела в своих руках. В основном, существа боялись только ее, а не сестер Мамад.Над пещерой летала стая воронов. Они словно превращались в громадную черную тучу и бились о корни дерева, падая в кровь.
Жители деревень, стоявших около горы, были недовольны этим, и каждый раз пытались уйти, но как только они пересекали границы, либо утопали в болоте, либо были возвращены назад и теряли память.
Никто не знал, что там творилось, но во время полнолуния из дерева шел дым и все люди должны были упасть на колени и говорить «Великие!». Позже из дерева вылетали стаи, огромные стаи воронов и кружили над людьми до самого утра. Если кто-то поднимал голову или не склонился, вороны тут же бросались на беднягу и клевали его до смерти. После они выклевывали его внутренности и улетали обратно.
Вороны были слугами Старушки Катарины, второй сестры с черными волосами. Ее красота была важнее самой силы, что таилась в сестрах. Она могла превращаться в стаю ворон и летать по миру, собирая новости и рассказывая сестрам.
Последняя сестра– самая кровожадная тварь по имени Пряха Патриция. Из внутренностей людей, которые давали ей вороны, она шила кукол и коллекционировала их. По куклам она могла гадать и проклинать человека.
Мамад – самая старшая из сестер, как самая рассудительная, она обожала сделки и называла их «Играми». Ее любимой вещью был единственный старый, ржавый котел, над которым она постоянно что-то варила.
Ее сестры всегда уважали и слушались ее. Они обожали «играть» с людьми и бессмертными. Но если жертва, которую они выбирали, умирала до этого, то Мамад всегда говорила – «Игр не будет, шлюшки». Тогда все трое приходили в ярость и криками пугали небеса. Они никогда не боялись смерти, ведь по могуществу, они равны богам. Единственное, чего боялись, так это слепоты– и свет в их глазах померкнет, как и власть сестер.
Глава I
1898 г.
Этим вечером сестры собирались «поиграть» и встали вкруг над котлом.
– Надеюсь, сегодня нам выпадет удача, сестры – Пропела Патриция.
– Заткнись, Пряха. Никогда не говори этого слова – Зашипев, Катарина достала зеркало и стала прихорашиваться.
В начале создания мира, богиня удачи, сыграла с Катариной злую шутку, прокляв ее «раздвоением личности». Старушка долго мучилась с этим, пока не создала заклинание, которое убрало это проклятие в самые потаенные уголки ее мозга.
Хоть богиню удачи и называют удачей, она богиня неудач.
