Милые обманщицы. Соучастницы полностью

Ноэль заслуживает лучшего, выдал английский переводчик текстовых сообщений Клодии. Он такой горячий американский парень, и ему нужна настоящая девушка.

Такая, как ты? – спрашивала Танья. Клодия ответила подмигивающим смайликом.

У Арии забурлило в животе. Этого не может быть. Babel Fish, наверное, ошибся. С трудом сглотнув, она вбила фразу: Ария on peikko. На этот раз страница загружалась еще медленнее.

– Ария? – донесся голос Клодии из-за двери примерочной. – Он смотрит хорошо? Ты суперзайка?

– Э-э… – Ария бросила лихорадочный взгляд на комбинезон, что висел на крючке в углу. От ярко-желтого цвета слепило глаза. Почему Клодия выбрала для нее именно такой? Потому что оценит Ноэль… или потому, что она будет выглядеть как неоново-желтый снежный человек? Потому что он супергорячий американский парень и ему необходима соответствующая девушка, а не лыжененавистница и эстетка с закидонами?

Не думай о людях плохо, сказала она себе. Клодия добрая и славная. Должно быть другое объяснение.

Но тут выскочил перевод последнего предложения. Ария медленно вчиталась в строчку, и внезапно у нее пересохло во рту. Ария… тролль.

Ария сжала телефон в руке. Ария on peikko означало: Ария – это тролль.

– Нормально? – Клодия снова подала голос, и он звучал все так же дружелюбно и бодро.

Ария пробежалась руками по лицу и снова уставилась на свой телефон. Внезапно он издал громкий трубный звук, так что она едва не выронила его из рук. НОВОЕ АНОНИМНОЕ СООБЩЕНИЕ, появилась надпись на экране.

Накатила тошнота. Пожалуйста, нет, подумала Ария. Но, когда она открыла текст, то увидела именно то, чего так боялась.

– Вон местечко! – закричала Спенсер, указывая на свободное парковочное место у тротуара на Уолнат-стрит в центре Филадельфии.

Зак кивнул, выворачивая вправо руль своего «мерседеса», и аккуратно припарковался позади помятого «Форд Эксплорер».

– Я – гений параллельной парковки или нет?

– Ас! – сказала Спенсер.

Краем глаза она покосилась на Зака, отмечая его неизменно стильный наряд: темные джинсы по фигуре, полосатая рубашка от Paul Smith, блестящие вингтипсы[65], очки-авиаторы на макушке. От него исходил пряный древесный аромат одеколона, а зачесанные назад волосы позволяли ей разглядеть каждую черточку его аристократического лица. С каждым мгновением, проведенным вместе, Спенсер находила Зака все более привлекательным.

И сегодня вечером он принадлежал только ей одной.

Был четверг, но вместо того, чтобы допоздна засиживаться в школе, Зак тайком рванул в клуб Shampoo[66] в Филадельфию, чтобы посмотреть выступление своего любимого диджея, и пригласил с собой Спенсер. Когда он заехал за ней, она с восторгом заметила, что Амелия не буравит ее злобным взглядом с переднего пассажирского сиденья.

– У нее сегодня занятия по флейте, – сказал Зак, когда Спенсер открыла дверцу, как будто прочитал ее мысли. – Мы свободны!

От пульсирующих звуков бас-гитар у Спенсер заложило уши, как только она вышла из машины. Она расправила облегающее черное платье, размяла ступни в туфлях на высоченных каблуках от Elizabeth and James, которые сто лет назад стащила из гардероба Мелиссы, и последовала за Заком к кучке людей, ожидавших своей очереди на вход за бархатной веревкой. Шлепая по скользкому от дождя тротуару, она расслышала вибрирующий звук своего мобильника. Она достала его из усыпанного блестками клатча и уставилась на экран.

Эти слова ножом полоснули по сердцу. Может, следовало рассказать остальным о записке, которую она получила от «Э»?

Плевать я хотела на «Э», набрала Спенсер. И тебе советую.

Ария тут же ответила. Что, если «Э» знает?

Автомобиль резко загудел, когда Спенсер чуть не угодила под колеса. Она отскочила в сторону, не отрывая глаз от телефона. Надо ли отвечать? Стоит ли волноваться? Или именно этого добивается «Э»?

– Спенсер?

Она вскинула голову и увидела Зака в самом начале очереди. Вышибала уже отстегнул веревку и открыл перед ним дверь.

– Иду! – Спенсер сунула телефон в кармашек клатча. Сейчас ей не до «Э».