Прошло немного времени, и Чоп заметил, что окутывающий всё впереди туман стал потихоньку рассеиваться. Теперь он видел, они приближаются к узкому каменному проходу в неприступной отвесной стене. У входа в неведомый мир их ждали двое таких же бородатых, только чуть поменьше ростом, угрюмых стражей, с кривыми длинными палками на перевес. Цепочка шагающих добралась до них. Здоровяк остановился и поднял вверх левую руку.
- Курорт для героев приветствует вас! - проорал страж, что стоял справа от входа, и опять, как в прошлый раз, страшный голос откуда-то сверху и, одновременно, словно отовсюду, повторил его слова, да так, что все присели от неожиданности, а один «смельчак» даже упал на снег, закрыв голову руками. Затем громкий грубый смех, во сто крат усиленный всё тем же неведомым существом, стал разноситься от камня к камню, от выступа к выступу, пока не затих.
- Приказываю всем вести себя хорошо! Не своевольничать и дальше своих нор носы не совать! - повернувшись лицом к подчинённым, прорычал ведущий бородач и с силой воткнул свою палку в утрамбованный снег.
- Или будете брошены на съедение злому духу гор! Слышали его хохот? - натужно добавил он, вытаскивая обратно свой шест. До смерти напуганные, дети потеряли строй и сбились в кучу. Лишь один быстро опомнился и стоял с краю, опустив покорно голову, подталкивая плечом товарища. Это был Фут.
- За мной, олухи! - уже знакомо прорычал бородач и уверенно двинулся в расщелину.
- Фут, если стены сейчас сомкнутся? –дрожащим голосом произнёс Чоп, глядя наверх, когда они уже шли сквозь угловатый, кажущийся зловещим, тёмный проход меж отвесных стен.
- Не бойся, Чоп, твоя смерть никому не нужна. Ты ещё должен поработать на благо колонии! - спокойно ответил Фут, тоже подняв голову к узкому голубому просвету высоко над собой.
Через двести шагов каньон стал расширяться, и вскоре за очередным поворотом все увидели конец пути. Яркий солнечный свет наполнял последние его метры, поднимая всем настроение. Там и остановился бородатый проводник.
- Слушать сюда, олухи! - прогремел он на всю расщелину, вновь воткнул свой посох у ног и согнул руки в локтях перед собой.
- Кто стоит с этой руки (бородач пошевелил правой «оглоблей»), идут туда! - прорычал он, и его правая рука выпрямилась в правую сторону.
- С этой - туда! - вновь услышали все, и его левая рука проделала то же движение, только в противоположном направлении.
После этих слов стоящий сбоку от друга Фут неожиданно схватил находящегося перед Чопом коротышку за шиворот, потащил на себя и быстро поменялся с ним местами.
- Ты чего? - возмутился тот, но успокоился после хмурого взгляда наглого смельчака, брошенного им через плечо, и окрика бородатого верзилы.
- Фут? - успел произнести Чоп, но друг оборвал его.
- Молчи, Чоп, так надо! - процедил он недовольно, сквозь зубы, и, не обращая внимания на удивлённое окружение, спокойно стоял, бесстрашно глядя на проводника. Тот приблизился к шеренге, опустил голову, сморщил угрюмое заросшее лицо, борода его зашевелилась, но слов никто не услышал. Его кривой шест в очередной раз впился в щель на каменистом пути, но это всё, на что он был способен в этот раз.
- Идёте, как было сказано, занимаете свободные норы по два человека. К краю не лезть, вниз не смотреть! - прорычал бородач, развернулся и прошёл дальше -туда, где прямой путь расходился в разные стороны. Вскоре Чоп, Фут и ещё шесть мальчишек, вертя головами по сторонам, шли по каменистому выступу вдоль отвесной стены с небольшими пещерками, в которых уже находились похожие на них, чумазые, невесёлые, одетые в разное рваньё «герои». Оглядев пространство, Чоп вспомнил, как звеньевой Хок сравнил это место с огромной выработанной шахтой на рудниках, где не так давно он жил. «Так и есть», - подумал он. Только каменная яма перед его глазами была больше раза в три, и пещеры в ней располагались лишь вдоль тропы, а не были натыканы, где попало.
Проделав шагов сто от развилки, друзья наткнулись на пустующие норы. Фут шёл первым, остановившись у входа, он ещё тщательней стал осматривать всё вокруг. Задирал голову и с тоской смотрел на возвышающиеся отвесные стены с небольшими вкраплениями пятен подтаявшего снега. Затем повернулся к стоящим позади и произнёс:
