История моей первой любви кончилась трагично.А вторая началась знакомством с его братом.Я не должна была оказаться на крыше в День всех влюбленных.Как и Келлан Маркетти, известный на всю школу фрик.Мы познакомились в шаге от самоубийства.Изорванные нити наших трагедий вдруг переплелись и образовали неожиданные узы.Мы решили не делать шаг вниз и договорились встречаться здесь в День всех влюбленных каждый год до окончания школы.В то же время.На той же крыше.Две неприкаянные души.Мы держали обещание три года.А на четвертый Келлан принял решение, и мне пришлось разбираться с последствиями.Я решила, что наша история завершена, но тут началась другая.Говорят, все истории любви одинаковые, но на вкус они отличаются.Моя была ядовитой, постыдной и написанной алыми шрамами.Меня зовут Шарлотта Ричардс, но вы можете называть меня Яд.
© 2021. DARLING VENOM by Parker S. Huntington
© М. Пономарева, перевод на русский язык
© shutterstock.com
© ООО «Издательство АСТ», 2025
– Пожалуйста, останься сегодня вечером дома. По-жа-алуйста, – сидя на разноцветном покрывале, я умоляюще сложила ладони и посмотрела на нее щенячьими глазками. – Ну пожалуйста-препожалуйста!
Я переползла через ее кровать, пряча за дурацкой широкой улыбкой подступающий к горлу комок паники. Казалось, стоит сестре выйти за дверь, и мир рухнет.
Стоя перед зеркалом, Лия закончила завивать утюжком смоляную прядь, и та пружинкой отскочила от ее плеча. Сестра провела языком по зубам, стерев пятно губной помады и этим последним штрихом довершая безупречность образа.
– Ничего не поделаешь, детка. Это моя первая вечеринка в колледже, и Фил очень взволнован. Перенесем на следующие выходные?
Фил был парнем Лии. Филу нравилось: во-первых, занимать все ее время, во-вторых, на полном серьезе называть меня планом Б, в-третьих, пялиться на меня в упор до тех пор, пока у меня не начинались мурашки, стоило ему убедиться, что Лия смотрит в другую сторону.
Лия схватила клатч и, покачивая бедрами, вышла из комнаты. Она была в мини-юбке, при виде которой папа бы словил сердечный приступ, а мама отправила на бессрочное мытье посуды. К счастью для Лии, они оба спали.
– Пенни! – в отчаянии выпалила я и вскочила на ноги. И как я раньше не сообразила? – Пенни, пенни, пенни. Не уходи.
«Пенни» было нашим кодовым словом, без шуток. «Пенни» было важнее мальчиков. И вечеринок. И перспективы потерять девственность с социопатом. Я дико не хотела, чтобы Лия потеряла сегодня девственность с Филом. На днях я подслушала, как они обсуждали это по телефону, и с тех пор не могла уснуть.
Лия даже не замедлила шаг. Мое сердце разбилось вдребезги. Какой смысл в секретном слове, если оно ничего не стоит?
– Прости, Лотти. В другой раз.
Я заметила, что она забыла пачку ментоловых сигарет на туалетном столике. На самом виду, где их легко заметит мама. Я закипела от злости. А, к черту все это.
Лия остановилась на пороге, обернулась в мою сторону.
– А впрочем… – Немного повозившись в клатче, достала пенни и, уступив, бросила его мне в ладонь. – Эй, Лотти, пенни за твои мысли?
Смирившись с поражением, я покрутила монетку между пальцами. Я надеялась, что Лия не забеременеет. Я бы посоветовала ей быть осторожной, но в прошлый раз, стоило мне заговорить о Филе, она чуть не открутила мне голову. Она знала, что я ненавижу его. Говорят, любовь ничего не слышит и не видит. А еще от нее мозги теряешь.
– Надеюсь, я никогда не влюблюсь. От любви тупеешь.
Лия закатила глаза, вернулась в комнату и поцеловала меня в макушку.
– Надеюсь на обратное. Влюбляясь, чувствуешь себя бессмертным. Разве тебе этого не хочется?
Не дожидаясь моего ответа, Лия стремительно бросилась в коридор. Я слышала, как затихает звук ее шагов по лестнице – спускалась она быстро, чтобы мама не успела выйти и остановить ее. С порога она оказалась прямо в объятиях Фила.
Я высунула голову из окна, зная, что видеть их вместе будет больно, но не стала отворачиваться. Я смотрела, как Фил склонился над урчащим «Хаммером» и обнял ее. Он схватил ее за задницу, засунул язык ей в горло и посмотрел прямо на меня. Фил ухмыльнулся, не отрываясь от дела. Я ахнула, выключила лампу и скользнула под разноцветное одеяло Лии. Страх, который я чувствовала всю ночь, вырвался наружу и стал еще сильнее.
«Нет», – подумала я с горечью. Смерть меня не пугает.
