Перевожу взгляд с Дениски на директора компании и мысленно ору матом на злую шутку судьбы. Ну как в городе с населением тринадцать миллионов человек можно было умудриться переспать с мужчиной, а потом устроиться на работу в его компанию?
Мужчина меня явно узнал, сверлит своим презрительным взглядом. Губы недовольно поджимает. Ага. Помню, как мы расстались и деньги тоже помню. Ещё одна ирония, я всё-таки возьму деньги от него. На карту зарплатную. Конечно, получу за работу, но забыть кто владелец компании, я теперь не смогу.
– Здрасьте, – вырывается у меня. Голос звенит от нервного напряжения, да и меня колотит изнутри. Ничего страшного вроде бы не произошло, но попой чувствую – аукнется мне эта встреча. – Извините, что он вас потревожил.
– Детям здесь не место. У нас не детский сад.
– А я в детский сад и не хожу.
Вот сын невозмутим, игнорит недовольство биг-босса и моё полуобморочное состояние, продолжает наглаживать «зверушку».
– Ма, а ты мне подарок на день рождения выбрала? Хочу такую же ящерицу, – от мысли, что вот ЭТО будет жить в нашей квартире, меня пробирает дрожь, – они несложные в уходе. Я справлюсь.
– Дениска, засовывай это создание обратно туда, откуда взял, и пойдём, – стараюсь говорить спокойно, потом смотрю на директора: – извините ещё раз, что потревожили. Такого больше не повторится.
Мужчина что-то хочет ответить, но не успевает.
– Ром, – раздаётся из-за моей спины голос Гордея, его огромные ручищи опускаются мне на плечи, – сорян, я сейчас всё объясню.
Гордей подталкивает в сторону выхода. Намёк понимаю сразу.
– Денис, ты на концерт вроде хотел. – немного повышаю голос, а то сын увлёкся ящерицей и не обращает внимания на всё происходящее.
– А? – смотрит на меня, хлопает своими длинными ресницами. – Да.
Сын протягивает ящерицу биг-боссу.
– Спасибо.
Довольно лыбится и идёт к выходу из кабинета, берёт меня за руку.
– Идём, мам?
– Мы можем идти? – спрашиваю у двух своих начальников.
Гордей кивает.
– Бегите.
Сам он остаётся, а как только мы выходим, закрывает за нами дверь. Чёрт. Сейчас будет получать за меня.
– Дениска, какого фига ты попёрся туда? Сказала же сидеть в кабинете.
– Ма, я в туалет пошёл, а потом стало любопытно, где ты работаешь, решил осмотреться.
– Ага. И зашёл в чужой кабинет. Совсем обалдел.
– Там все двери были нараспашку и никого не было, а когда увидел террариум, не удержался и подошёл поближе. Я думал быстренько посмотрю на агаму и вернусь, но не успел, тот грозный дядя зашёл.
– Он ничего тебе не сказал?
– Нет. Спросил кто я и откуда, а потом предложил подержать Стивена.
– У этого существа ещё и имя есть?!
– Конечно! Мам, он милый.
– Кто?
Почему-то думаю о своём случайном незнакомце. О его руках и горячих поцелуях. Каким он страстным был полтора месяца назад. Милым его сложно было назвать. Сейчас тоже на это определение не тянул.
– Как кто? Стивен, конечно же.
Ну да, у кого что болит, тот о том и говорит. Хотя эту гадость милой тоже не назову.
– Ма, давай быстрее. Мы так на концерт опоздаем.
– Не надо было убегать. – перед тем как зайти в кабинет, я разворачиваю сына лицом к себе и заглядываю в его карие глаза, – Денис, ты уже взрослый и знаешь, что у каждого поступка есть свои последствия. Сейчас мой начальник остался там и объясняет, как так вышло, что ты гулял по офису. А завтра за это спросят с меня.
– Тебя снова уволят?
– Надеюсь, что нет.
Если в адекватность Гордея я верю, то не знаю, чего ждать от этого Романа, особенно учитывая наше прошлое. И как меня только угораздило так вляпаться: Но об этом я подумаю завтра, а сейчас мы с сыном едем на концерт.
– Пошли скорее, заберу свою сумочку и поедем.
Сын понуро кивает и едва слышно мямлит:
– Ма, прости. Давай я вернусь и всё-всё объясню.
– Не надо. Пошли уже, – взъерошиваю волосы сына, на что он недовольно дёргает головой, пытаясь уклониться от меня.
К стадиону мы приезжаем вовремя. Здесь уже много народу. Дениска хватает меня за руку. Наше с ним правило: в толпе всегда держатся друг за друга крепко. Сын нетерпеливо притоптывает ногой, вертится, рассматривает всё вокруг. Глаза горят предвкушением. В такие моменты его лицо меняется. Он снова становится маленьким мальчишкой. Не удерживаюсь и притягиваю его к себе в крепкие объятия.
– Ну, ма-ама! – сын корчит недовольную рожицу и выбирается из моих объятий.
Тут же гаснет свет, загораются прожектора над сценой. Выходят музыканты. Начинает звучать известная мелодия. Сын прыгает от восторга. Вокруг публика взбудоражена. Я и сама начинаю чувствовать приятное предвкушение, все недавние неприятности отступают. Смысл себя изводить. Завтра узнаю, чем грозит эта встреча, а сейчас хорошая музыка и самая лучшая компания на вечер.
Исполнитель появляется на сцене и начинает петь. Голос чарующий, я от наслаждения прикрываю глаза, подпеваю песне. Чувствую, как рядом скачет сын, и улыбаюсь. Я счастлива. По-настоящему счастлива.
