Всего заведений в списке было больше сотни: кто-то специализировался на коже, кто-то на волосах. Особое место в этом списке занимали заведения, которые предлагали уход за костяными наростами на голове своих клиенток. Их любя называли коронами или диадемами в зависимости от предпочтений самого салона.
В таких местах наросты чистили, шлифовали, красили в цвет волос или, наоборот, чтобы создать контраст. Украшали цветами, камнями, цепочками. Правда, насколько эти украшения были популярны или актуальны, для меня было загадкой. За тот короткий период, что я провела на планете, ни одной кардали с цепочками или камнями я не встретила.
Вообще, кардали было гораздо меньше, чем кардальцев. Только находясь здесь, я увидела гендерный перекос. По моим субъективным ощущениям на одну женщину приходилось четыре, а то и пять представителей мужского пола.
Я осмотрелась и поняла, что в основном кардали ходят в сопровождении нескольких мужчин. А вот моя одинокая персона привлекала немало внимания. Некоторые кардальцы даже замедлялись, проходя мимо. Один даже хотел что-то спросить, но в какой-то момент передумал, улыбнулся и прошел мимо.
Я снова вернулась к плану. Мне нужен был четвертый уровень – именно там прятались магазины с женской одеждой, бельем и прочими мелочами. Покрутив карту еще несколько минут, я нашла нужные магазины и пошла в сторону ближайшей галереи. Перемещаться по центру можно было пешком или на специальных машинках, которые быстро транспортировали посетителей на нужный уровень или сразу к дверям магазина. Конечно, транспорт сэкономил бы мне время, но я не смогла удержаться от соблазна увидеть жизнь кардальцев поближе.
Стыдно было признаться, но мне хотелось просто посмотреть на то, как живут другие, и стать частью этой жизни, навсегда забыв про Землю. Это желание так четко сформировалось в голове, что я даже немного испугалась. Я не хотела больше жить в перманентном страхе за себя, за свою жизнь и свободу. Жалеть рабынь, как это делали миллионы женщин, и про себя молиться, чтобы ты стала малиами, если попадешь к хаятам, а не простой рабыней, которой будут пользоваться все, кто может заплатить, в нижней части Олимпа.
На Земле я не могла даже мечтать о другой жизни, не допускала даже в мыслях, что она существует. Сейчас, гуляя по галерее торгового центра, наблюдая, как неспешно кардальцы ходят по магазинам, разговаривают, смеются, улыбаются друг другу, я поняла, что хочу стать частью именно этого мира.
Вот только стоило преисполниться светлых надежд, как следом последовал неприятный толчок в спину.
– Осторожнее! – воскликнула я от неожиданности и тут же осеклась.
Это был ребенок. Мальчик никак на мои возмущения не отреагировал – кажется, даже не заметил, что врезался в меня – и пошел дальше. Я про себя еще раз возмутилась такой невоспитанностью подрастающего поколения Кардала и тут же замерла. Ребенок не просто меня не заметил – он еще и не изменил скорость движения. Он шел плавно, медленно, как будто лунатик во сне. А на задниках ботинок ребенка был нарисован желтый уродец.
– Да быть такого не может!
Я осмотрелась. Кроме меня и ребенка, в галерее никого не было. Что делать, я не знала. Пошла за ним, одновременно ища контакт Варадара в коммуникаторе и молясь, чтобы мой новоиспеченный муж ответил на вызов.
Глава 21
Неладное Варадар почувствовал ближе к обеду, когда понял, что от Мины нет ни сообщений, ни звонков. Сначала кардалец подумал, что женщина и не должна была ему звонить – это у него с ней были отношения, а не наоборот. Но все равно внутри начала неприятно зудеть тревога. Пик этой тревоги наступил, когда Райси вышел из кабинета судмедэксперта.
На душе у него было гадко. Три часа Варадар потратил на то, чтобы терпеливо выслушать предположения одного из экспертов о последних днях жизни жертв. Слушать о мучениях невинных пленников было тяжело не только психологически. Он как будто ощущал на физическом уровне боль детей, измученных голодом, холодом и страхом. Абстрагироваться и относиться к ним просто как к телам у кардальца не получалось. Не получалось настолько, что он чуть не пропустил очень важную деталь: части отчета эксперта по состоянию тел детей не было в документах, по которым работала команда следователей. А вот изначальные файлы были полными. Райси лично проверил заметки экспертов, которые, к слову, чудом не были уничтожены.
– Шеф разрешил мне использовать материалы этого дела для диплома, – пояснил один из стажеров-экспертов, когда увидел немой вопрос в глазах Варадара.
Свои слова практикант поспешил подтвердить соответствующим разрешением, а Райси про себя поблагодарил шефа и щуплого практиканта за такой подарок и изъял материалы. Экспертам приказал молчать и команде о его визите ничего не рассказывать.
По пути в свой кабинет Варадар пытался понять, как материалы исчезли из общей папки, произошло это случайно или кто-то намеренно отредактировал файл, и если информацию удалили специально, то почему?