— Добровольцы разгребать дерьмо есть? — поинтересовался один из соседей, смуглый и коренастый.
— Сменные дежурства надо установить, — тут же откликнулся Минас.
— Ага, — покладисто кивнул смуглый.- Надо. Сегодня кто дежурный?
— А послезавтра кто? — не сдавался Минас.
— Кто угодно. Вот он может, — смуглый решительно хлопнул по плечу рыжего сокамерника. Тот хихикнул и покивал — смуглому, а не Минасу. — Так сегодня-то кто?
Что-то в его тоне Минасу не нравилось. Но тянуть время он больше не мог, поскольку неизвестно, когда у охраны наступает «после ужина». Вчерашний эпизод с Рослым доказал, что надзиратели настроены серьёзно.
— Сегодня я могу.
Смуглый поднял бровь, Рослый хохотнул, Клаас попытался что-то прошипеть в спину, но Минас уже двинулся в уборную. Чего там мыть-то, сортирчик крохотный. Хотя противно конечно. Тем более, что обе двери остались открытыми, в соседней камере перехихикивались, Рослый просто комментировал.
Минас как раз отмывал руки, когда принесли традиционную миску. Он высунулся проверить, что драки не будет, и натолкнулся на неприятный взгляд Клааса. Впрочем, обожжённый тут же отвернулся и холодно постановил:
— Последним есть будешь.
Минаса покоробило от его тона. Мрачно домывшись, он вернулся в камеру и плотно закрыл дверь, отгородившись, наконец, от бормотания соседей. Баланда как раз перекочевала к Рослому. Он долго со смаком пил, затем оценивающе заглянул в миску, отпил ещё глоток и шагнул к Минасу. И демонстративно вывернул остатки варева ему под ноги.
— С пола жри, падла.
Минас устало покачал головой.
— Нам нельзя драться друг с другом. Но если ты будешь оставлять других без еды, это будет ещё хуже.
— Завали хлебало и лакай, бля. Запоминай своё место, падла!
Минас ударил первым. Рослый ещё не оправился от вчерашнего избиения, но драться в тесноте Минас умел очень плохо, к тому голова всё ещё немного «плыла». И тут Клаас возник на минасовой койке за спиной Рослого и хлопнул того по ушам раскрытыми ладонями. Рослый взвыл и Минас успешно провёл подсечку. А потом на Рослого неизвестно откуда выпрыгнул Хороший Мальчик и принялся лупить кулаками, старательно целясь в лицо.
— Ай-яй. Как нехорошо.
Клубок дерущихся мгновенно распался. Мальчишки стояли, тяжело дыша, и смотрели на двух надзирателей в дверях.
— И кто же зачинщик драки? — поигрывая дубинкой, поинтересовался первый охранник.
— Я, – зло отозвался Минас. Получать побои из-за идиота Рослого было зверски обидно. Парень на секунду прикрыл глаза, собираясь с силами. Рослый — только повод, дубинку держит не он. Враги всегда найдут причину избить не одного, так другого, они уже это доказали.
А тем временем надзиратели непонимающе переглянулись. Вопрос «кто зачинщик?» обычно казался всем участникам драки очень неоднозначным. Такой лаконичный и быстрый ответ охранники получили впервые. Это было ненормально. В поисках разъяснения надзиратели дружно перевели взгляд на остальных парней и обнаружили там ещё большее изумление на лицах. Сокамерники зачинщика тоже ничего не понимали.
А Минас едва сдержался, чтобы не спросить «ну, чего тянете?». Заметил, что мучители оглядывают остальных, и решительно шагнул вперёд, перекрывая обзор. Нет уж, одного меня вам на сегодня хватит!
В результате били его как-то неуверенно, без огонька. Минас даже на ногах устоял, только привалился к стойке кровати и наглухо закрыл локтями голову, опасаясь, что повторное сотрясение его доканает. Ну, а ребра, ну что рёбра…
Пробурчав на прощанье «Вот рискни ещё бу-бу-бу» охрана покинула камеру. Минас медленно опустил руки, аккуратно попробовал вдохнуть, проверяя, нет ли трещин. Тоскливо посмотрел на свою верхнюю койку, недосягаемую, как высокая орбита.
Сокамерники глядели на него странно, плохо и восторженно одновременно. Но разбираться в тонкостях чужого настроения Минас был уже не в силах. Надо было как-то запихнуть себя на лежак.
— Меняемся шконками, — подал голос Клаас. И тут же рублено добавил. — Насовсем.
— У параши пусть… — начал Рослый, но под взглядом Клааса сбился и затих.
А Минас благодарно кивнул и свалился на Клаасову койку. Рослый приземлился напротив, скривил рожу, словно от вони, открыл было рот, но потом передумал и сказал почти восхищённо.
— Ну и ебанат же ты. Откуда только взялся?
— Отбой, говноеды! Кто не спит, тому хана!
Минас почти обрадовался появлению охранника. После вчерашней демонстрации все мгновенно оказались на местах и умолкли. Заглянувший через пару минут надзиратель довольно хохотнул и закрыл дверь.
