Оксана после работы, как правило, встречалась с Настей в маленьком скверике, где бил фонтан, окружённый распускающимися тюльпанами, потом они либо шли в магазин, либо забегали ненадолго в кафе. На этот раз, решив, что у них всё есть и они поужинают дома, девушки быстро добрались на метро до Оксаниного дома и вошли в подъезд. На первом этаже Оксана, как всегда, достала почту и не глядя сунула её в сумку. Дома бросила её на столик в прихожей. В четыре руки они приготовили лёгкий ужин и накрыли стол, молча поели и вымыли посуду. Настя понимала, что подруге не до разговоров, но думать всё время об одном и том же тоже не дело.
– Оксан, – тихо окликнула она подругу, – сегодня такой вечер хороший, давай посидим на балконе, заодно посмотрим, что там за газеты сегодня принесли.
– Да там одна реклама, – отмахнулась Арефьева.
– Ну и что, – не сдавалась Царькова, – давай рекламу посмотрим, может, там какие-то новинки есть.
– Не до новинок мне, – вздохнула Оксана.
Но Настя взяла стопку газет в прихожей и перенесла их на маленький столик на балконе. Почти силой туда же вытащила Оксану, усадила её на стульчик, сама села напротив и стала перебирать газеты и рекламные буклеты. И вдруг из общей стопки выпало письмо.
– Ой, тебе кто-то весточку прислал, – обрадовалась Настя.
– Некому мне письма бумажные слать, – ответила Оксана, – опять какая-нибудь реклама.
Лицо Насти тем временем вытянулось.
– Странное какое-то послание, – проговорила она, – адрес не написан от руки и не напечатан, смотри, – она протянула конверт Оксане, – буквы откуда-то вырезаны и наклеены.
Арефьева взяла конверт.
– Действительно…
– Ой, Оксан, не открывай! Я боюсь, давай следователю позвоним!
– Зачем? Может, это чья-то дурацкая шутка, – пожала плечами Арефьева.
Оксана распечатала конверт, и из него выпала какая-то бумажка. Она развернула её. Надпись, состоящая из таких же наклеенных букв, гласила: «Вас ожидает важная информация. Не звоните в полицию, иначе ничего не узнаете». Подписи не было.
– Какая информация? – недоумённо проговорила Оксана и перевернула полученную записку. Но на другой стороне ничего не было. – Настя, что это?
Она протянула бумагу Царьковой.
Та внимательно прочитала прыгающие строки несколько раз и сказала:
– Надо следователю звонить.
– Но там сказано о важной информации, – взволнованно возразила Оксана, – вдруг она поможет Прокофию?
– Не может такого быть! Кто-то просто морочит тебе голову! – сердито воскликнула Анастасия.
– Как знать…
– Помяни моё слово, Оксана, этот кто-то потребует с тебя деньги.
– Ну и что же, если информация важная, я заплачу. Мне ради Прокофия ничего не жалко!
– Оксанка, нельзя же быть такой наивной! – рассердилась Настя всерьёз. – Скорее всего, нет никакой информации, просто кто-то хочет поживиться. Нет, ты как хочешь, а я иду звонить в полицию.
– Нет, подожди! – остановила подругу Оксана. – Давай только подождём, что будет дальше. А потом позвоним. Пожалуйста, Настенька!
Царькова посмотрела в умоляющие глаза подруги и выдохнула:
– Ну, ладно, подождём.
– Обещай, что не будешь звонить, пока мы не получим новую весточку.
– Обещаю, – нехотя сказала Царькова.
– Спасибо тебе. – Оксана встала на ноги и чмокнула подругу в щёку.
– По-моему, ты зря радуешься, не нравится мне это всё, – проговорила тихо Настя, – и вообще, Оксанка, мне что-то тревожно.
– А у меня в груди надежда затеплилась, может, этот человек что-то видел.
– Если он что-то видел, то почему полиции не сообщил? – задала резонный вопрос Анастасия.
– Может, он не хочет связываться с полицией.
– Почему? Рыльце в пушку?
– Ну, причины могут быть самые разные… – задумчиво проговорила Оксана.
– Деньги он с тебя вытянуть хочет! – сердито крикнула Настя.
– Почему ты думаешь, что это он, может быть, это она? – улыбнулась Оксана.
– Да какая разница! – взмахнула рукой в отчаянии Царькова.
Разговор у них в этот вечер больше не склеился. Оксана ушла на кухню и принялась готовить полуфабрикаты на неделю, которые можно будет потом разжарить или отварить после работы на ужин. А Настя взяла книгу и просидела с ней до темноты на балконе, хотя так и не прочла ни одной строчки. В голову лезли всякие нелепые и пугающие мысли. Ей всё время хотелось снять трубку и позвонить следователю. «Ах, зачем я дала слово Оксане!» – думала Анастасия взволнованно.
Ночью, когда подруги уже спали, раздался звонок. Заспанная босая Оксана тотчас вскочила и, добежав до телефона, схватила трубку. Проснувшаяся Настя присоединилась к ней. Но она не слышала голос в трубке, только Оксанины слова:
– Да, поняла, хорошо, буду.
– Ну, что там? – спросила Анастасия. – Он требовал денег?
– Нет, – Оксана покачала головой, – он назначил мне свидание.
– Что?!
– Понимаешь, он не может сказать по телефону. Мы должны поговорить лично.
– Ты с ума сошла! – воскликнула Настя.
– Ничего я не сошла с ума, – обиделась Оксана, – это не твоего любимого подозревают в убийстве, – слёзы брызнули из глаз Арефьевой, – а моего!
– Ладно, не плачь. – Настя приобняла подругу. – Когда он назначил тебе свидание и где?
– Через полчаса, я должна выйти со двора и ждать на остановке.
