Задвинув на лицо визор, он отошёл к своему байку, чтобы его поднять. Мой, а точнее мотоцикл Рэну, к счастью, стоял всё это время на подножке, так что напрягать больную руку мне не пришлось. Заведя свой байк и бегло проверив все системы, бельчонок кивнул мне, чтобы я ехал первым. Дорогу до автострады я помнил, так что был не против, а там уж поравняемся.
Ехать с ноющим плечом было не особо комфортно, однако доехали мы даже быстрее, чем я ожидал. Оба байка мы завели в квартиру Криса, а потом стали раздевать меня и обрабатывать рану. Чтобы не шокировать Аю, которая, как оказалось, боялась крови, мы уселись в комнате бельчонка. Я пытался его уверить, что могу и сам всё обработать, но это было абсолютно бесполезным занятием.
— Ты со всеми такой заботливый? — спросил я, хмурясь из-за того, что мне, пусть и аккуратно, но всё же довольно неприятно отмачивали футболку, которая успела немного присохнуть. Ехать-то было не особо близко, хотя ко мне домой было бы ещё дальше, конечно, но уже было довольно поздно, чтобы напрашиваться кому-то в гости, потому пришлось потерпеть.
— Нет, только с избранными, — без тени улыбки ответил Крис, не отвлекаясь от своего занятия. — Если будет сильно больно, говори.
— Да ладно, не пулевое же ранение, потерплю.
— Но рана всё равно довольно глубокая.
Закончив с отмачиванием, он аккуратно стал промывать рану каким-то раствором. Её начало жечь и щипать, от чего я нахмурился, крепко стиснув зубы. Да уж, вроде, фигня несерьёзная, а приятного всё равно мало. Но вскоре эта маленькая пытка закончилась, после чего Крис стал накладывать какую-то странную желеобразную мазь. Она довольно быстро обезболила, из-за чего я удивлённо уставился на свою руку. Моё удивление ещё и добила не обыкновенная матерчатая повязка поверх мази, а какая-то мягковатая, словно гелиевая, подушка.
— Какая хорошая штука. Что это? — удивлённо спросил я, глядя на обработанную руку. — Даже не болит больше.
— Обыкновенная скрепляющая накладка, — ответил Крис, наконец поднимаясь на ноги и снимая куртку.
Не такая уж и обыкновенная, а очень удобная. Не болит, не тянет, словно и не было никакой раны.
— Её мочить можно?
— Конечно. Тебе что, в первый раз такую накладывают? — усмехнулся бельчонок, открыв шкаф и достав оттуда другую майку.
Только сейчас я наконец въехал, что я впервые у Криса в комнате и осмотрелся.
— Не знаю, я ведь не помню, — тихо ответил я.
Я сидел на довольно широкой для одноместной кровати, но и двухместной назвать её было нельзя. Скорее, полуторная. Рядом с ней стоял высокий комод, заставленный сверху различными вещами, вроде пары кружек, расчёски, салфеток, зарядных устройств, бутылки с водой и прочей мелочёвки. Стола в комнате не было, так что, видимо, комодом пользовались вместо него. Ещё здесь помещался узкий шкаф в самый потолок и небольшая телевизионная панель на стене. Ожидаемо, комната была совсем небольшой, но всё же уютной.
Крис уже убирал все медикаменты в небольшую пластиковую коробку, служившую в их доме аптечкой, а я снова начал давить довольную улыбку. Мы вдвоём. В его комнате. На часах ночь. У меня ничего не болит. Что нам может помешать?
— Ты не голоден? — спросил Крис, обернувшись ко мне, когда отставил коробку на тот же комод.
Однако я не спешил отвечать и, поднявшись с кровати и обняв его за шею, вновь прижался к его телу. Не особо удобно быть мелким тощим малолеткой, но что имеем, как говорится. Будь я постарше или хотя бы побольше, как Флой, уже прижал бы этого рыжего к стене, но сейчас моих сил на это вряд ли хватило бы.
— Сейчас я съел бы только тебя, — довольно промурлыкал я, уже рисуя в голове пошлые картинки.
Бельчонок прыснул от смеха и наклонился ко мне, но у самых губ остановился, тихо ответив:
— Подавишься.
Вот теперь захотелось его укусить, но Крис меня опередил, утянув в поцелуй. Однако я всё-таки слегка прикусил его губу, заставив шикнуть от лёгкой боли. Рыжий засранец. Мой рыжий засранец.
Как же я хотел его. Аж внутри всё переворачивалось от желания. Я уже готов был стать нижним, верхним, принимающим или доставляющим удовольствие — любым, лишь бы переступить и эту черту тоже. Лишь бы показать, что уж в плане секса меня совсем не надо считать ребёнком. Пусть я и помню только тот мир, но помню очень многое, так что не должен ударить в грязь лицом.
Оторвавшись от губ Криса, я жарко выдохнул и потянул его на кровать. Думал, будет сопротивляться, но он, к удивлению, не стал. И я даже почувствовал почему, когда он улёгся сверху. Он уже тоже был возбуждён, тоже хотел меня, как и я его. От того всё в теле начало вибрировать, я был почти уверен, что сегодня сорву очередной джекпот.
Он снова впился в мои губы, придавливая к постели своим телом, а мои руки тем временем стали забираться под его футболку, оглаживая нежную спину. Все мысли постепенно испарялись из головы, я был готов к любым прихотям бельчонка, лишь бы всё это не заканчивалось. Практически задыхаясь от переполняющих душу эмоций, я неосознанно прогнулся в пояснице, желая ощущать чужое тело своим.
