Отряд Мякишева в ночной тьме, не зажигая ручных фонарей, выдвинулся по дороге к западной артпозиции и затаился в лесу. Все деревья и кустарники в радиусе двухсот метров вокруг макушки холма, на котором размещалась батарея из стотридцатки и миномета, вырубили при постройке батареи, поэтому подойти ближе было невозможно.
Отряд рассредоточился по опушке вырубки справа и слева от дороги. Одну треть отряда Мякишев направил на противоположную сторону холма, чтобы зайти на артпозицию с тыла.
В шесть часов утра уже вполне рассвело, хотя солнце еще не вынырнуло из моря. По отданной вполголоса команде лейтенанта, краснофлотцы и туземцы цепью вышли из леса и шагом тихо двинулись к вершине холма. Прошли уже четверть вырубки, когда наверху засуетились. Раздались команды и вскоре перед батареей выстроилась цепь индейцев. Индейцы нацелили луки в поднимающихся. Выступивший из ряда туземцев вперед боец - конвойник, в котором мартийцы узнали комода старшего сержанта Нечипоренко, закричал:
- Приказываю всем стоять! Ни с места! Имею приказ наркома товарища Ягодина открыть огонь на поражение! - такие действия конвойника вполне соответствовали заранее намеченному плану.
- Экипаж, стой! - скомандовал Мякишев и вышел на пару шагов вперед, привлекая к себе внимание, - Нечипоренко, сообщаю тебе, что Верховный Совет республики снял Ягодина с должности и объявил его действия вооруженным мятежом. И вы товарищи индейцы, слушайте тоже. Главнокомандующий вооруженными силами республики капитан второго ранга Веденев приказывает вам сложить оружие. Кто не подчинится приказу Главнокомандующего пойдет под суд вместе с Ягодиным, как мятежник.
- А мне ваш Веденев не начальник, я выполняю только приказы наркома НКВД товарища Ягодина! - пошел на принцип упертый хохол Нечипоренко.
- У тебя одна винтовка и два десятка луков, у нас два десятка двустволок и два десятка луков, так что ничего тебе не светит! Сдавайся!
- Эй! Нечипоренко! - раздался крик со стороны батареи.
Нечипоренко и туземцы - охранники закрутили головами, оглядываясь. Над бруствером на фоне светлеющего неба замаячили головы артиллеристов и посланной в обход команды.
- У нас здесь еще десять двустволок и пятнадцать луков! - Закричал сверху командир батареи мамлей Опанасенко. - Бросай оружие, не то утыкаем стрелами, как ёжика! И вы, товарищи араваки, тоже кладите луки на землю!
Индейцы - охранники, осознав ситуацию, начали поодиночке опускать свои луки и класть их на землю.
И тут Нечипоренко переклинило. С криком:
- Коммунисты не сдаются! - он вскинул винтовку к плечу и дал короткую очередь по цепи краснофлотцев. Через долю секунды снизу грохнул ответный залп. Все туземцы побросали луки. Всё было кончено. Пробитый десятком пуль Нечипоренко умер мгновенно. В цепи конвойников упали четверо туземцев, не успевших вовремя опустить луки. Двое были убиты, двое ранены.
Очередь, сделанная навскидку конвойником, оказалась точной. Стрелять покойник умел. У краснофлотцев погиб старшина Демидович. Мякишев и еще один краснофлотец получили легкие ранения.
На этом захват артпозиции успешно завершился. Опанасенко тут же связался с ГКП и доложил итоги боя. По приказу командования артиллеристы изготовили орудие и миномет к стрельбе, присланные краснофлотцы и индейцы приготовились оборонять периметр батареи. Санинструктор оказал помощь раненым. Разоруженных конвойников заперли в жилом блиндаже. Мякишев приказал выставить дозор на дороге.
Не успел дозор замаскироваться, как показались двое конных индейцев. Их пропустили на батарею. Приняли к сведению приказ Ягодина об открытии огня по крепости по сигналу - двойной красной ракете. Индейцев повязали, о полученном приказе доложили командованию.
На всех других артпозициях обошлось без выстрелов. Таких упертых, как Нечипоренко, там не нашлось.
В это же время полторы туземных конных сотни окружили крепость по периметру вырубки. Взошло солнце, осветив крепость и полукилометровую вырубку вокруг нее. На башнях крепости заняли позиции около полусотни краснофлотцев с ружьями, обрезами и гранатами. Минут через пятнадцать к вырубке подошли два взвода пеших туземцев под командой Ягодина и Круминьша. Тут же присутствовал и командир туземной охраны лейтенант Спиридонов.
Начальство мятежников подошло к броневику, по прежнему занимающему позицию против ворот крепости. Наблюдавший за ними с надвратной башни в бинокль Веденев видел, как Круминьш с Ягодиным что-то обсуждают, энергично жестикулируя.
- Товарищ кавторанг! Видите, все начальство мятежников стоит кучкой около броневика! Один снаряд - и нет у мятежников начальства. И нет мятежа. - Обратился к Главнокомандующему артиллерист Коровалов. - Они уже одного нашего убили и троих ранили. Имеем полное моральное право!
Веденев взял телефонную трубку и приказал телефонисту дать связь с западной артпозицией.
- Опанасенко! Видишь троих рядом с броневиком?
- Так точно! В прицел вижу как на ладони! До них чуть больше полумили. Дистанция прямого выстрела.
