Энди Бельфлер встал рядом со своим кузеном Терри. Терри же шептал ему на ухо, что меня выпустили под залог. На лице Энди отразилось облегчение. Терри похлопал Энди по руке, и это выглядело не как знак поддержки "эй, друг". Он весьма четко сказал:
– А я тебе что говорил, дубина.
– Я не виноват,– сказал Энди, немного громче нормы. Судья Розофф посмотрела недовольно.
– Бельфлеры, не забывайте, где вы находитесь,– сказала она, и они оба нелепо замерли, изображая внимание. Судья слегка улыбнулась лишь уголками руб.
Когда всем заключенным были предъявлены обвинения, судья Розофф кивнула, и Джесси Шнайдер с Кенией посадили нас в фургон. Секунду спустя, автобус начал загружаться мужчинами-заключенными. Наконец, мы возвращались в тюрьму.
Час спустя я была одета в свою одежду и снова вышла на солнце, свободной женщиной. Брат меня ждал.
– Я не думал, что мне когда-нибудь выпадет возможность отплатить тебе за то, что ты меня тогда вытащила из тюрьмы, – сказал он, и я поморщилась. Я и сама никогда не предполагала, что со мной что-то такое произойдет. – Но вот я здесь, и забираю тебя из тюряги. Ну и как тебе местный сортир?
– О, я подумываю, установить дома такой же, чтобы напомнить себе про хорошие времена. Поскольку он был моим братом, то ввел меня в курс всего за считанные минуты. Мое прозвище теперь было "Арестант", и все имеющиеся бары оттянулись на моей странице в Facebook. Ну и все такое прочее.
– Мишель? – спросила я, когда у Джейсона кончились веселые комментарии. Поскольку мы были вместе всю нашу жизнь, Джейсон понял, что я имела в виду, без полного предложения.
– Она не смогла отлучиться с работы, – сказал он, поднимая на меня глаза, так что я знала, он не врет. Мне даже не надо было заглядывать к нему в голову, что б это понять. – Она, правда, хотела прийти, но ее не пустил начальник.
Я кивнула, могу поспорить, Мишель верит в мою невиновность.
– В прошлый раз, когда мы разговаривали об Эрике, вы с ним были в довольно натянутых отношениях, – сказал Джейсон. – Он, должно быть, влюблен в тебя, раз вот так взял на поруки. Это ж ахрененная куча денег.
– Сама в шоке, – ответила я. И это было явное преуменьшение. Исходя из прошлого опыта, когда Эрик злился на меня, он давал мне понять об этом. Когда он решил, что я поступила слабонервно во время убийства нескольких врагов в кровавой бойне, он укусил меня, не потрудившись устранить боль.
Я позволила этому инциденту пройти незамеченным без выяснения отношений, что было ошибкой с моей стороны, но я не забыла о нем. После нашего ужасного спора в ночь перед моим арестом, я не ожидала подобного великодушия от Эрика.
Даже если списать такой поступок на сентиментальный жест с его стороны, это не соответствовало тому, что я знала об Эрике. Я определенно хотела задать Мустафе несколько вопросов, но его нигде не было видно. Не было также Сэма, что было еще более удивительно.
– Куда ты хочешь поехать, сестренка? – Джейсон пытался не выглядеть спешащим, но он явно торопился. Он должен был вернуться на работу, ему пришлось продлить время обеда, чтобы прийти в суд.
– Отвези меня домой, – ответила я, после секундного размышления. – Мне надо принять душ, надеть чистую одежду и, полагаю... пойти на работу. Если Сэм захочет меня там видеть. Думаю, я сейчас не лучшая реклама для бара.
– Ты шутишь? Да он сходил с ума, когда услышал, что тебя арестовали, – сказал Джейсон, словно я и так должна была знать о том, что происходило, в то время как была в тюрьме. Иногда Джейсон думал, что я отчасти еще и "экстрасенс" или даже "всеведущая".
– Правда?
– Да, в воскресенье он ходил в участок, чтобы наорать на Энди и Элси Бека. А затем он миллион раз позвонил в тюрьму, чтобы узнать, как ты себя чувствуешь.
И он спрашивал судью, кто лучший адвокат по уголовному праву в этом районе. Между прочим, Холли замещала тебя, пока ты болела и отсутствовала этим утром, только чтобы заработать немного дополнительных наличных для свадьбы. Сказала, чтоб ты не беспокоилась! Она не собирается возвращаться к постоянной работе.
Когда мы достигли Колибри Роуд, я подумала, что стала по-настоящему свободна. Я не знала, преодолею ли я унижение того, что была арестована и попала в тюрьму, но я предположила, что, когда излечусь от гнетущего давления приобретенного опыта, узнаю, какой урок хотел преподать мне этим Бог.
Какое-то время я размышляла о том, что нашего Господа протащили по улицам, забросали мусором и судили на площади. А затем распяли.
Ну не то чтобы я сравнивала себя с Иисусом, торопливо сказала я себе, но ведь в прошлом было что-то типа этого, верно? Почти была замучена, затем арестована. Иисус и я имели кое-что общее! Я отбросила эту мысль не только как сильно преувеличенную, а возможно даже богохульную и сосредоточилась на том, что мне делать с новообретенной свободой.
Конечно же, первым делом в душ. Я хотела смыть тюремный запах, да и плюс ко всему я не мылась с утра субботы. Если бы я вернулась в свою камеру после суда, то мне бы пришлось мыться с другими заключенными. Йоу-хоу!
