А что это за сырость под глазами? – пытаясь шутить, папа приобнял дочь, а с ней, заодно, и маму. – Не бойтесь, маленькие, выбить железную дверь ей не по силам! Вы и сами это видите!
И тут… Совершенно внезапно удары по двери снаружи, как и вообще всякие доносившиеся оттуда звуки, прекратились. Как-то в один миг, словно отрезало. Повисла абсолютная тишина. Что называется до звона в ушах. Казалось, в ней было слышно биение сердец всех троих. И уж по-настоящему было слышно их дыхание.
–
А полицию уже наверняка соседи вызвали, – шёпотом пробормотала Оксана, настороженно прислушиваясь к повисшей вокруг тишине.
–
Конечно вызвали, – уверенным тоном проговорила в ответ мама, отстраняясь от дочери и на цыпочках подходя к двери.
С последними словами она приблизила лицо к глазку.
–
Ну что там? – почти разом прошептали Оксана и папа.
–
Никого нет! – раздался в ответ удивлённый мамин шёпот, почти переходящий от волнения в голос. – Ушла, что ли?
–
Или спряталась, – папа сомнительно покачал головой. – Только вот не пойму, зачем. Неужели думает, что мы выйдем посмотреть?
–
И что мы будем делать? – растерянным голосом проговорила Оксана.
–
А что нам остаётся? – ответил ей папа. – Только ждать.
–
Чего ждать, пап?
–
Ждать, что наша бабка выкинет дальше, – с огромным вздохом продолжил тот, снова взглянув на жену.
–
Пойдёмте в комнату, – словно очнувшись благодаря папиному взгляду от какого-то забытья, решительно проговорила мама, резко поворачиваясь в сторону своей спальни и беря за руку Оксану.
Через несколько мгновений папа остался в прихожей один. Снова тяжело вздохнув, он угрюмо поплёлся вслед за своими девчатами.
Его жена и дочь уже сидели, обнявшись, на кровати, притихшие, как мышки. Молча подойдя, папа уселся рядом, так, что Оксана оказалась посередине и обнял их обоих. Так какое-то время они и просидели в абсолютной тишине, прислушиваясь, не донесётся ли откуда-нибудь хоть какой-то звук.
Минута проходила за минутой. Незаметно они складывались в десятки минут, затем в четверти часа, да только они все трое продолжали по-прежнему, всё так же молча и не шевелясь, сидеть на своём местах.
Понемногу, несмотря на жуткую напряжённость ситуации и буквально сковывавший их тогда страх, их всех стал одолевать сон. Первой начала мерно посапывать мама, что сказало Оксане и папе о том, что она засыпала. Однако, они и сами уже начали проваливаться в пучины сна, и поэтому были не в силах на это хоть как-то отреагировать.
И вдруг, до ушей всех троих откуда со стороны прихожей приглушённо донеслись чьи-то отчаянные и переполненные ужасом крики! Судя по голосам, какой-то женщины и девочки – пронзительные, долгие, без слов.
Услышав их, они почти разом встрепенулись и моментально стряхнули с себя всю, до последней крошки, только что одолевавшую их сонливость.
–
Вы слышали?! – встревоженно спросила мама, когда те вопли, так же неожиданно, стихли.
–
Да! – сразу же испуганным голосом отозвалась Оксана. – Только я не поняла, откуда это донеслось.
–
Я тоже, – мама заговорила чуть слышно, начав прислушиваться к повисшей вокруг тишине.
Папа почему-то молчал.
И тут снова послышались такие же вопли! Теми же голосами, только на этот раз намного продолжительнее. И теперь она состояли из каких-то слов, которых было не разобрать.
–
Олег! Ты слышишь? – встревоженный мамин голос задрожал ещё больше.
–
Слышу… – задумчиво отозвался Оксанин папа, начав вполголоса размышлять. – Крики донеслись со стороны прихожей. Что-то не пойму, из-за входной двери? Или из вентиляционного стояка?
Никто ничего ему не ответил. В комнате снова повисла тишина. И больше ничего слышно не было.
Оксана и её родители всё сидели на своих прежних местах и молчали, не шевелясь и напряжённо прислушиваясь к снова окутавшей всё вокруг тишине. Только последняя больше ничем не нарушалась.
И вдруг, ещё более неожиданно, тишина та была разорвана звоном разбитого где-то в их квартире стекла!
Вскочив на ноги, папа тут же бросился на те звуки, которые донеслись откуда-то из-за выхода из комнаты. За ним следом, подскочив одновременно, помчались и мама с Оксаной.
Выбежав из спальни, папа метнулся в гостиную, ведь именно там была дверь на балкон, за которую он тогда испугался больше всего. И не зря. Звуки падавшего и разбивавшегося об пол стекла, – в прихожей это стало слышно намного отчётливее, – продолжали доноситься именно оттуда!
На входе же в ту комнату он внезапно остановился. Да так резко, что бежавшие за ним жена и дочь едва не врезались в его спину.
–
Что там? – только и смогла проговорить Оксанина мама, когда, не успевая остановиться, она упёрлась руками в спину мужа.
А на неё сзади натолкнулась Оксана.
Папа не отвечал. Оторопев, он смотрел в сторону балкона, где на фоне более светлого, чем пространство гостиной, ночного неба был отчётливо виден силуэт возившейся с дверью мёртвой старухи.
Снова послышался звон бьющегося об пол стекла, после чего все трое услышали и приводящий их в ужас знакомый хриплый голос.
–
