Выходит, что Янус-Виссарион, научая Софью правилам католической церкви, в то же время внушал ей оставаться преданной вере отцов. Ф. И. Успенский приводит и мотив - «питал надежду на политическое возрождение Византии» с помощью восточного православного царя.
Пирлинг, однако, другого мнения, заявляя категорически: «Зоя была католичкой, явно придерживавшейся римского обряда» [148].
Виссарион находил Зою (так она звалась до вступления на русскую землю) достойной её знаменитых предков, ласковой и прекрасной, умной и осторожной. Он мечтал о царском венце для неё.
Зое было лет 12, но красота её уже гремела. Для сына Людовика Гонзаги [149] искали невесту. Людовик собрал сведения о её отце, тот оказался нищим. Жена Людовика решительно выступила против «невесты без копейки». Сам он был того же мнения: не по средствам взять невесту-бесприданницу.
Смерть отца и неудачный крестовый поход папы Пия II мешали пристроить Зою. Тут - тёмный пункт в истории Палеологов.
В 1466 г. папа Павел II сватал Зою богатому князю Караччиоло [150]. Дело ограничилось одним обручением, Почему?
История умалчивает. Фамилия Караччиоло - знаменитейшая в Италии. В Греции она имела обширные владения. Об этой помолвке свидетельствует очевидец обручения.
Третий претендент, сомнительного происхождения, Иаков Лузиньян [151], незаконный сын кипрского короля и гречанки из Патраса. Молодой человек был красив собой, умён и образован, но его умышленно зачислили в воинство Христово, сделали епископом. Первое известие об этом браке идёт из Венеции. Папа, Виссарион и другие одобрили этот брак, как политический, но вдруг, в 1467 г., в мае, переговоры были резко прерваны... Почему? Ищите женщину! Явилась соперница, Екатерина Корнаро [152], красавица, которую наперебой изображали Беллини, Тициан, Веронезе. Вдруг флюгер повернулся, потянуло ветром из Москвы. Там великий князь Иван III, овдовев, высматривал новую жену [...]. Узнал он о царевне греческой веры в Риме, высматривающей жениха. Открыто заслать сватов было как будто не к лицу: лучше сперва узнать, что и как. Для этого нужен был человек доверенный и ловкач на редкость... Такой в Москве отыскался: заурядный на вид Фрязин, Иван Фрязин, иностранец латинской расы, по паспорту - Жан Баттиста Делла Вольпе. На него пал выбор великого князя, его-то последний и решил тайно послать в Рим на смотрины и разведку.
Вольпе, родом из Виченцы, происходил из старинного семейства немецких выходцев. Один из членов этой фамилии, Тревизан Вольпе, владел в окрестностях Виченцы прекрасной обширной виллой, где не отказались бы жить князья.
Вольпе был авантюрист, лукавый и увёртливый, с покладистой совестью, любитель смелых предприятий и крайне неразборчивый в средствах. В 1469 г. он уже проживал в Москве и был вхож в Кремль, чеканил монету для великого князя Ивана III. Как чеканщика москвичи его очень ценили. Неизвестно по каким мотивам, но Вольпе перекрестился в Москве. Антонио Джислярди был племянником его и верным помощником [...].
Около середины 1468 г. в Риме появилось два посла от Вольпе: родственник его Николо Джислярди и грек Юрий. По какому праву простой чеканщик великого князя послал послов и что привело их в Ватикан? Об этом умалчивают римские источники. Известно только, что папа Павел II велел выдать 9 июня 1468 г. 41 флорин на путевые издержки послам Жана Вольпе, обитающего в Москве. На другой же день послы получили деньги. Таким образом, инициатива принадлежала Москве, а условия, при которых сношения происходили, совершенно исключительные.
Известно, как трудно было иностранцам, находившимся на службе у царей Московских, уехать из России. Когда они покидали её даже на короткий срок, им ставились всевозможные препятствия. Если Вольпе так свободно сообщался с заграницей и даже снаряжал послов - это значило, что великий князь действовал с ним заодно и что в виду имелись серьёзные, пока прикровенные цели.
Вскоре в Москву вернулся посланец великого князя грек Юрий с ответом, а русский неизвестный компилятор, не разобравшись, решил, что Юрий - посланец Виссариона, якобы инициатора по брачному делу. Летописец писал, что 11 февраля 1469 г. один грек, по имени Юрий, явился в Москву послом от Виссариона. Византийский кардинал писал великому князю Ивану III, что в Риме живёт православная христианка по имени София, дочь бывшего морейского деспота Фомы Палеолога. Из отвращения к латинству она уже отказала двум западным государям - королю Франции и миланскому принцу. Но великому князю нечего опасаться чего-либо подобного: если он пожелает взять княжну в супружество, её не замедлят отправить в Москву. [...] Что касается подробностей у летописца, то они не выдерживают критики.
Прежде всего, Зоя не принимала ещё имени Софии. Затем, ни Людовик XI, женившийся вторично в 1452 г. на Шарлотте Савойской, ни Галеаццо Сфорца [153] не претендовали на руку царевны-сироты.
