Даже сейчас я могла восхищаться его невероятным телосложением, мускулами, которые изгибались под покрытой чернилами кожей. Я вспомнила те ощущения, которые испытывала от соприкосновения с его телом… о его члене внутри меня.
– Да… – вздохнул Опи, – у него самый огромный и толстый член. Я такого
Уорик фыркнул и окинул меня тяжелым взглядом.
– Будешь так смотреть на меня, Ковач, и мы разнесем эту кровать в щепки.
Уорик подошел и заправил прядь моих спутанных волос мне за ухо. Я ощутила жар и похоть, исходящие от него.
Видя мою нерешительность, он рассмеялся и, быстро поцеловав меня, повернул в сторону двери.
– Я трахну тебя в душе позже.
Моя грудь вздымалась, желание охватило от его слов. Но мне пришлось выкинуть все посторонние мысли из головы. Сейчас важнее другое.
Часы показывали девять утра. В коридорах сновали обитатели базы. Тренажерный зал и столовая гудели от жизни. Мы прошли в операционную комнату.
Линг сидела перед компьютером, перед ней лежал дневник, и она что-то писала на листке рядом с ним. Она подняла голову, когда мы подошли ближе.
– Я еще не решила эту задачу, – сообщила она, – я уже попробовала все варианты шифрования.
– Кажется, я знаю. Одну строчку точно. – Я нервно сглотнула. Действительно ли? Вдруг мой сон пустышка? – Можно?
Линг пожала плечами и протянула дневник мне.
Я посмотрела на пометки на странице, сердце бешено колотилось в груди. Песня эхом раздавалась в моей голове. Рисунки не соответствовали буквам, они относились к цифрам. Возможно, мне потребуется больше времени на расшифровку остальной части записей – если отец использовал другой код – но в этой части я была уверена.
Пот выступил на спине, руки дрожали, пока я выписывала и соотносила то, что мне приснилось. Голубь, роза, незабудки, фиалки и лодка.
«
Линг подняла голову, в ее глазах светилось любопытство.
– Он использовал народную песню, которую пел мне, чтобы зашифровать эту строку. – Я постучала по странице. – Но я не понимаю, к чему здесь лодка. – Она не подходила. Может, он нарисовал ее специально, чтобы сбить с толку? Так ли это?
Линг вбила цифры в компьютер и застыла, открыв рот.
– Что?
Меня охватил страх, выбивая из легких воздух.
Линг повернула к нам экран, показывая место, на которое указывали координаты.
– Дерьмо, – выдохнул Уорик, он откинул голову назад и потер ладонью затылок.
– Что?
Я посмотрела на него, потом на экран, не понимая их реакции.
– Цитадель. – Уорик покачал головой. – Вишеград[38].
Он произнес название этого района так, словно это был страшный враг. Я слышала об этом месте от учителей. Район к северо-западу от нас, за Дунаем. Нам говорили, что это священная земля для фейри.
– Для вас ведь это священная земля, верно?
Уорик облизнул губы, увидев мое озадаченное выражение лица.
– Священная – это лишь название. Я бы сказал, что это место проклято. Оно внушает страх. Ни один фейри не заходит туда. Никогда.
– Почему?
– Ты не знаешь?
– А должна?
Уорик фыркнул и скрестил руки на груди.
– Вишеград – там разгорелась Война Фейри двадцать лет назад.
– Цитадель в Вишеграде? – Андрис открыл рот и недоверчиво посмотрел на нас с Уориком. – Ты думаешь, нектар там?
– Не знаю. – Я подошла к его столу с дневником в руках. Линг оставила себе ксерокопию для работы. – Линг пытается расшифровать остальное. Она тоже использует песню, но отец мог взять за основу другой шифр для тех строк. Единственное, что я четко понимаю – отец не просто так записал эти координаты. Там что-то есть. И он хотел это защитить. К тому же его фраза «теперь я понял». – Я смотрела на человека, который знал и понимал моего отца лучше всех остальных. – Я обязана проверить.
Андрис опустил плечи и снова взглянул на заметки, скользя пальцами по странице.
– Жаль, что он не поговорил со мной. – Он печально постучал по дневнику, а затем снова обратил на меня свое внимание. – Не хочешь рассказать, откуда ты узнала шифр?
– Это… сложно.
– С тобой все так, моя дорогая, – слегка усмехнулся Андрис, – я и не сомневался.
Уорик фыркнул, отчего я бросила на него свирепый взгляд.
– Не могу понять, при чем тут лодка. – Я взглянула на страницу, указав на символ. – В ней нет смысла. Вероятно, что она ничего не означает.
– Думаю, так и есть.
Андрис нахмурился и посмотрел на Уорика.
Я повернулась к Уорику, он теребил губу пальцами, качая головой.
– В ночь, когда начался бой, большая часть дорог была разрушена магией, цитадель превратилась в руины. Никто не хотел даже рядом находиться с этим районом, о восстановлении речи подавно не шло. Эти земли стали обходить стороной, путешественники использовали другие дороги. Ходили слухи, что там обитали падшие. Проклятые. – Уорик указал подбородком на дневник. – Единственный способ добраться туда… на лодке.
«
В нашем случае это Дунай.
