Мёртвые Земли полностью

Пуля попала в позвоночник Трекера. Прошла всего секунда, но казалось, время остановилось. Трекер упал сверху на Аву, последовав за ней в вечную тьму.

Шлеп!

– Кек! – закричала я, увидев, как синеволосая подруга обмякла на ограждение, за которым пряталась. Демон казалась непобедимой – единственная девушка, которая подружилась со мной в аду. Она заступалась за меня, прикрывала спину.

Я и не поняла, что направилась к ней.

– Ковач! – Уорик притянул меня к себе обратно. – Тоже хочешь пулю получить?

Я посмотрела на башню. В тени кто-то пошевелился и приблизился к окну.

У меня сорвалось дыхание, леденящий ужас сковал меня. Он мертвец. Я убила его. Но смерть не приняла его, ей не понравился отвратительный вкус этого мужчины.

Калараджа методично убивал моих друзей. Он впился в меня своими темными глазами, в которых плескалось зловещее самодовольство. Я поняла, что он наблюдал за мной, когда мы въехали в Дикие Земли несколько часов назад. Как долго он следил за мной? Прячась в тени, затаившись в засаде?

Он целенаправленно убивал мою команду, хотел, чтобы я наблюдала за этим. Он убьет всех… кроме меня. Я была нужна ему. Или его хозяину. Остальные лишь помеха.

– Уорик! Это Калараджа!

Прежде чем Уорик успел посмотреть, прогремели новые выстрелы.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Я ожидала, что пули вонзятся в мою плоть, что Уорик и Эш умрут прямо на моих глазах. Но увидела, как часть солдат, приближающихся к нам, рухнула на землю. Из боковых переулков доносились выстрелы.

И вот связь меня привела к Скорпиону, Мэддоксу и Птичке, которые крались по переулкам. Я видела армию вооруженных сил людей, пытающихся отреагировать на эту новую угрозу, надвигающуюся на них сбоку. Армия Саркиса увеличивалась, приближаясь к противникам со всех сторон.

Мои глаза переполнились слезами благодарности.

– Спасибо, – пробормотала я.

Скорпион прошел мимо моего призрачного тела, подмигнув и прошептав так, чтобы только я могла его расслышать:

– Мне все равно нечем было заняться.

– Они здесь, – сообщила я Уорику и Эшу, с облегчением вздохнув, – Скорпион здесь.

– Кто, черт возьми, этот Скорпион? – спросил Эш.

– Другой ее парень, – пробормотал Уорик, целясь в нашего врага, выжидая, когда он подойдет ближе. У нас заканчивались патроны. У меня осталась лишь одна пуля, да и у Эша тоже.

– Когда они отвлекутся, бегите в переулок, – приказным тоном сказал Уорик.

– Я не брошу тебя, – прорычала я, смотря на башню. Она казалась пустой, но я знала, что Калараджа прячется в тени. Выжидает. – Как же они? – Я указала на нашу команду.

– Уже слишком поздно, – ответил Уорик.

– Ты этого не знаешь!

Я не могла поверить в то, что Кек и Люк мертвы, эта мысль причиняла боль. Я даже подумать об этом не могла. Не могла она так погибнуть.

– Эш, – выразительно произнес его имя Уорик.

Эш кивнул так, словно им достаточно было для общения лишь тона.

– Что ты делаешь?

Я переводила взгляд с одного на другого, страх охватил меня, сердце бешено стучало в грудной клетке.

Уорик направил пистолет на приближающуюся армию.

– Иди!

Эш схватил меня за руку и вытащил из нашего укрытия. Уорик прикрывал нас, пока мы неслись по переулкам. Взрывы звенели в ушах, запах крови врезался в нос – мне было страшно оттого, что любой момент может стать последним.

Когда мы нырнули за старую полуразрушенную церковь, из которой стрелял Калараджа, в плечо Эшу попала пуля. Калараджа был близко… охотился за мной в темноте.

– Faszom! – Лицо Эша исказилось от боли. На его лбу выступил пот. – Черт, пули причиняют сильную боль фейри.

Раньше их делали из свинца, но с тех пор, как фейри стали жить среди людей, пули производились из железа – яд для чистокровных фейри, таких как Киллиан. Да и всем другим фейри железо наносило серьезный урон и адскую боль.

Эш втянул в себя воздух, съежился от дискомфорта и направил пистолет на армию, прикрывая Уорика.

Из переулка донесся шум, от которого мне стало дурно. Я повернулась, но ничего не смогла разглядеть в темноте. Возможно, это была крыса или бездомная кошка, но моя интуиция кричала о другом.

Калараджа.

Я прицелилась – у меня остался лишь один патрон – и медленно повернулась, беспокоясь о том, что убийца подкрадется сзади. Калараджа убил бы всех, кто мне дорог, ради того, чтобы причинить мне страдание. Гребаный социопат.

Эш сконцентрировал свое внимание на одном направлении, я на другом, готовая убивать. Кровь стучала в ушах, я бесшумно переступала, чувствуя себя добычей, направляющейся в ловушку. Но я уже не та хрупкая девушка, которой они меня знали. Его самоуверенность была слабостью, Калараджа считал себя выше других.

Из дверного проема чей-то ботинок пнул меня по руке. Пистолет вылетел из моей руки и отлетел на тротуар. Человек, пошатываясь, направился ко мне.

Я испытала шок, когда осознала, что это не наемный убийца, а та, кто был мне некогда другом. Сомнение закралось внутрь, и я отшатнулась от нее.

– Ханна, – выдохнула я ее имя.