– Будем, – кивнула я, – нам теперь надо как-то выжить. Когда спасатели до нас доберутся. И есть ли они. Думаю, Дима прав, одни мы остались.
– Точно, как в кино. Только зомби где?
– Тьфу, на тебя, нам ещё этого добра не хватало. Всё же придётся учиться стрелять. А может мы в коме? Ну, угорели все. Я газ плохо выключила и мы угорели.
– Ага, – согласилась Маруся, – И у нас общая галлюцинация. Одна на четверых. Да ещё такая реальная. Нет мам, такого не бывает.
– А люди ни с того ни с сего пропадают, такое бывает? – Вздохнула я, – ладно, жизнь всё расставит на свои места.
Странные у меня сегодня заботы. Перетаскивать вещи в чужой квартире, рыться в чужих тайнах. Я себя поймала на мысли, что мне это нравится. Особенно, когда я нашла не большие сбережения и золотые украшения. У меня появилось желания ломать двери в другие квартиры. Пришлось даже прикрикнуть мысленно на себя. Мародёрщица блин. И откуда у меня это. Законопослушная гражданка, даже мыслей никогда не мелькало, что-то взять чужое. А тут на тебе, разошлась.
– Мам, – окликнула меня дочь, – ты чего задумалась?
– Да, вот, поймала себя на мысли, что мне это всё нравится.
– А ты знаешь, мне тоже. Не знаю, как дальше, а пока я не хочу назад.
Во дворе раздался шум подъезжающей машины. Я и Маруся кинулись к окну, посмотреть.
У подъезда остановился грузовой автомобиль, дверь открылась и я увидела Диму. Поспешила открыть подъездную дверь.
– А если бы меня под конвоем вели, тоже бы смело дверь открыла? – Дима чмокнул меня в щёку и заглянул в наш импровизированный склад, – молодцы. Хорошо получается. Из вас хорошие партизанские жёны получатся.
В подъезд зашёл Артёмка, его лицо мне совершенно не понравилось.
– Мальчики, что случилось? – Забеспокоилась я.
– Мам,– как – то отрешённо проговорил Артёмка, – города нет.
– В смысле нет? – Я глянула в окно. Дома все стоят на месте. – Вон город, как нет? Ты о чём?
– Обрезан, ровно по центру, – вступил в разговор Дима, – до площади город, за площадью поле, за полем лес.
– Ага, – вступил в разговор Артём, – а на поле коричневые жирафы пасутся. Мам ты видела коричневых жирафов? Или, как их там. Они полностью коричневые, без пятен.
– Да, вы о чём? Какие жирафы? Ближайший зоопарк за сотню километров. И почему коричневые?
– А кто же их знает, – пробормотал Дима, – и лес странный, такой зелёный, как на картинке.
– Как такое может быть? – Наконец-то очнулась Маруся
– Да, кто же его знает? Я думал, это экран такой здоровый натянули, прошёл, пощупал. Нет, поле настоящее и трава живая. Мы с Димой тоже понять не можем, как это. – Артёмка для убедительности пожал плечами.
– Дома мы сегодня останемся, а завтра с утра в другую сторону съездим, глянем, что там, – Принял решение Дима и пошёл в нашу квартиру. – Есть будем?
– Будем, – заспешила я следом, – правда я не готовила, но собрать есть, что. Сейчас стол накрою.
3
– Сейчас пойду, гляну, где стрельбище устроить. Сегодня уже начнём учиться стрелять, – Проговорил Дима, вставая из-за стола, – спасибо, было вкусно.
–Сегодня, так сегодня, – согласилась я, – сейчас только со стола уберу и подойду.
– Какая ты покладистая стала, аж настораживает, – улыбнулся мне Дима.
– Страшно да? – Прошипела я, – а это ты мне ещё оружие в руки не дал, не боишься?
– Тебя? Нет. А надо? – Дима обнял меня за талию и прошептал на ухо, – Ночью напугаешь, я постараюсь испугаться.
– Шнурки! Вы это, обжимайтесь за углом. Так не честно! – Возмутился Артёмка.
– Рядовой сын! Рот прикрой! И фи, что за выражения, «шнурки»?
– Пардон, командир, предки, имейте совесть, моих то девочек рядом нет.
–Тёма! – Воскликнула я.
– Привыкай мать, взрослый малый уже. Ладно, жду тебя и Марусю за домом. Там за гаражами и устроим стрельбище. Артём, выбери женщинам автоматы и пистолеты, пусть привыкают.
– Чего выбирать, всё одно и то же. – Проворчал Артём, – Маруська, пошли, сам, что ли я буду это тащить.
И всё же непривычно находится на улице и не встречать людей. Всё время, кажется, что вот сейчас кто-то выйдет из-за угла. С кем-то надо будет поздороваться. И всё время непроизвольно оборачиваюсь, пытаясь увидеть хоть кого-нибудь. А на улице пустота. Может, и привыкну когда-нибудь.
Дима нарисовал на одном из гаражей мишень.
– Вот сюда и будем стрелять. Этот гараж пустой, точно знаю. Расстояние до него нормальное, для первого раза пойдёт, а там другое стрельбище подыщем. Значит слушайте. Пистолет ППМ, в просто наречии Макаров. Патрон 9 на18, магазин вмещает в себя восемь патронов. Прицельная дальность стрельбы 50 метров.
– Дим, – перебила я его, – ты сейчас с кем разговариваешь?
– С вами. – Опешил Дима.
– Тогда говори по-русски.
–Так вроде все слова русские
– Вроде, да, – согласилась я, – только вот не понятно. Давай так, мы сейчас стреляем, а лекции на вечер отложим.
– Понял, – улыбнулся Дима. – Так и сделаем.
Первой выстрелила Маруся, руки её взметнулись вверх, она завизжала и разжала ладонь. Пистолет грохнулся на землю. Дима витиевато выматерился.
