Меня зовут Айзек и я проклят. Проклят перерождаться раз за разом. Бороться за право на счастье. Идти против самого мироздания. И рядом со мной всегда моя Элли.Очередная смерть и я оказался в новом мире. Но на этот раз всё совершенно по-другому.Помимо того, что мне предстоит отыскать Элли я должен умудриться остаться в живых и не стать рабом, для воспроизведения потомства. И пожалуй, с первым пунктом справиться, будет гораздо проще, чем со вторым.
– Остановись Юрико, нам всем нужен Айзек и я могу отвести вас к нему. – закричала Моль, стоя на противоположном берегу реки.
От её цветастого одеяния остались лишь одни лохмотья, которые практически не скрывали её наготу. Очки, что позволяли ей скрывать так изменчивые глаза морфа от остальных, также куда-то исчезли. Но морфа это совершенно не волновало. Гораздо сильнее её волновало, что она не смогла добраться до парня раньше, чем та темноволосая сучка, утащила его. Просто взяла и исчезла. И сейчас находилась где-то очень далеко.
Моль всё ещё продолжала улавливать свою метку, что она оставила в Айзеке. Но еле-еле, буквально на самой грани восприятия. Нужно торопиться, пока Айзека не утащили ещё дальше.
И она прекрасно понимала, что в одиночку не сможет забрать парня у той девки. Слишком сильной оказалась её способность. Да и не могла Моль подойти к ней близко. После того прикосновения она ощущала, что темноволосая умеет ставить схожие метки и одна из них была на самой Моли. Но как бы она ни пыталась, не могла от неё избавиться.
И как нельзя кстати подвернулся отряд Юрико.
От тех, кто вышел вместе с ними из убежища Стоун, осталось лишь четверо. И к ним прибилась какая-то незнакомая темнокожая девчонка. С этими людьми Моли уже приходилось работать и поэтому она решила рискнуть и предложить им объединиться.
После её слов на противоположном берегу все замерли и уставились на Моль. Серена подошла к Юрико и они начали переговариваться.
– Он погиб, вместе с базой и тем иерархом, который сожрал бы тебя вместе с потрохами и даже не заметил. – выкрикнула Серена.
– В последний момент его успела спасти темноволосая женщина, умеющая мгновенно перемещаться. В тот момент я была рядом и прекрасно видела это, не успев к Айзеку буквально на несколько секунд.
Юрико тут же принялась что-то говорить Серене. Они обменялись всего парой слов, и воительница направила на Моль свой обрез, после чего прозвучал выстрел.
Тело Моли дёрнулось. В груди образовалась большая дыра, которая тут же затянулась. Плоть восстановилась, практически мгновенно, но Моль всё равно поморщилась. Ресурсы уже подходили к концу и теперь ей придётся поглощать детей. А она терпеть этого не могла. Либо люди, либо сильные особи, которые могут дать необходимые ресурсы для развития. Но в этом месте найти хоть кого-то из этого списка было очень сложно, если вообще возможно.
– Спасибо, что рассказала нам об Айзеке. А теперь, будь так добра, не шевелись. – произнесла Юрико и они все, за исключением Рей, находящейся в отключке, принялись стрелять в Моль.
Как же они раздражают. Нужно было прикончить их сразу после выхода из лабиринта. Но отчего-то она не стала этого делать. Решив оставить им жизнь. Неужели она привязалась к ним? Но как подобное возможно? Привязанность и другие схожие чувства присущи лишь слабым людям. Раса морфов не подвержена подобным слабостям.
Не получив желаемого, Моль побежала вдоль реки. В сторону, откуда она ощущала отголоски своей метки. Стоило ожидать подобной реакции от людей. Отказались и отказались. Это была лишь одна из возможностей. Теперь придётся вылавливать местных морфов, сперва для восстановления ресурсов, а затем уже с их помощью пытаться отбить парня. Местные сородичи оказались совсем слабыми и для начала Моли придётся сделать их сильнее. Но для неё это будет несложно.
– Как себя чувствуешь? – услышал я незнакомый голос, когда распахнул глаза. От этого я тут же подскочил на месте.
Сперва я долго не мог понять, что происходит и где я нахожусь. Бешено, крутя головой по сторонам, я смог разглядеть лишь камень, который окружал нас со всех сторон. Под нас я имею в виду себя и девушку с короткими, тёмными волосами, что топорщились во все стороны словно иголки дикобраза.
Она сидела на куске дерева и осторожно помешивала какое-то варево в небольшом котелке, что висел над маленьким костром. Из котелка доносились довольно приятные ароматы. Что-то очень знакомое, но я не мог понять, что именно.
Девушка внимательно смотрела на меня, не прекращая своего занятия. Зелёные глаза, словно светились в тусклом свете костра. Она была одета лишь в лёгкий, полупрозрачный топ, обтягивающий её торс, прекрасно обрисовывая два внушительных полушария с бусинками сосков. И шортики, которые вполне можно было назвать трусиками. Хотя, скорее всего, это именно они и были.
Недалеко от нас, прямо на каменном полу лежала её остальная одежда, которая явно сушилась. Но там лежало два комплекта одежды, один из которых был моим. Штаны и обувь, полученные ещё в убежище Стоун и рубашка с отрезанными рукавами, над дизайном которой поработала мамочка Сьюзи.
