Вместо мускусного запаха кожи, одеколона и шкур животных, который наполнял старую башню Смелости, здесь носился аромат висячих садов, оплетающих хрустальную синюю лестницу и мраморные колонны. При входе в классы лазоревые розы осыпали учеников лепестками, которые низко висящие стебли тут же сметали с пола. Софи шла за деканом вверх по лестнице, где девочки выстроились в ряд, чтобы освободить им путь, и приветствовали их восторженными улыбками. Сквозь перила винтовой лестницы Софи увидела стайку синих бабочек, которые порхали от этажа к этажу и собирались в живые картинки, чтобы позабавить спускающихся девочек – вот стимфа, фея, а вот и лебедь… Декан бросила на них взгляд – и, испуганно затрепетав крылышками, бабочки приклеились обратно к ее платью.
Она свернула на третий этаж, и Софи проследовала за ней в шумный зал. Там расположились никогдашницы в обнимку со всегдашницами. Девочки наблюдали за ожившей сценкой над страницами
Рина бросилась к ним с тарелками: на каждой было по яйцу пашот и тосту из муки грубого помола. Арахна протянула им кружки с шоколадной пахтой. В углу небольшая компания девочек репетировала на гобоях, скрипках и трубах, причем Софи уже не могла различить, какая из девочек всегдашница, а какая никогдашница, так как все они были непричесаны и ненакрашены. Мона и Милисент стояли на лестницах и как раз заканчивали наносить на алые розы ярко-синюю краску. Лазоревые капли падали на девочек, которые сражались на деревянных мечах прямо под ними. Откуда-то выпрыгнула Кико и, разбрасывая листовки, прокричала:
– Собрание Книжного клуба сегодня! Присоединяйтесь к Книжному клубу!
Ее голос заглушила песня Жизель и Флавии, которые что-то репетировали, вчитываясь в ноты. Вокруг то и дело открывались и закрывались двери, девочки спешили в свои комнаты после веселой вечеринки, а потом неслись обратно в классы с книжками, не обращая никакого внимания на свои мокрые лица и потные подмышки.
Софи вспомнилась старая школа – никогдашницы по дороге в класс пихали друг друга, всегдашницы часами прихорашивались, и все постоянно соперничали друг с другом. А теперь все девочки здесь и, несмотря на пот, нечесаные волосы и адский запах пахты, благоденствуют и счастливы вместе… без всяких мальчиков.
– Как Агата может не хотеть этого? – вздохнула она.
– Кто-то всегда сопротивляется переменам, – ответила декан, стоящая рядом с ней. – Агата – принцесса и до сих пор верит, что ей нужен принц. Уж тебе-то известна сила этих фантазий.
Софи вспомнила обо всех своих надеждах, о той энергии, которую она направляла на мечты о принцах. У нее было твердое убеждение, что однажды прекрасный мальчик королевской крови умчит ее в свой сияющий замок и наступит вечное счастье. Еще до того как Директор школы их похитил, Агата грубо высмеивала эти ее мечты. «Как будто этот мускулистый божок хоть когда-нибудь поймет тебя, – с презрением говорила Агата. – Нам будет гораздо лучше вдвоем». Она еще хрюкнула в конце, чтобы быть уверенной, что эти слова прозвучат как шутка. Но Софи знала, она была серьезна. Агата всегда считала, что их двоих будет вполне достаточно для того, чтобы жить долго и счастливо.
Неужели ее подругу околдовали? Неужели Агата начала верить в фантазию, над которой сама же смеялась?
У Софи свело желудок. Неужели они с Ага-той поменялись местами?
– Она хочет увидеть его, – тихо произнесла Софи.
Лицо декана стало жестким, и она подтолкнула Софи за лестницу, по которой носились девочки:
– Если она его поцелует, все пропало.
– Она никогда его не поцелует. Никогда, если из-за этого потеряет меня…
– Но она пожелала его, – настаивала декан, наклоняясь к Софи. – Желания идут от души. Попробуй игнорировать их, и они станут только сильнее.
У Софи все похолодело внутри.
Декан погладила ее по щеке, сверкнув золотистыми ноготками.
– Она уже не та девочка, которую ты знала, Софи. Сквозь ее сердце пророс сорняк. И его нужно выдрать с корнем.
Софи склонила голову на плечо декану.
– Я просто хочу, чтобы моя подруга вернулась, – прошептала она.
– И ты ее получишь, как только ее принц будет мертв, – декан ласково улыбнулась. – Вы останетесь вместе навсегда. Никакой мальчик больше не встанет между вами.
Глаза Софи затуманились. Ей хотелось спрятаться на плече декана от всех напастей.
– Скажите, что я должна сделать.
– Держать их отдельно друг от друга, – декан резко отстранилась. – Заставить Тедроса сразиться с нами. И когда он на это решится, ты и твоя армия будете готовы.
– Но я не хочу д-драться… – начала заикаться Софи, чувствуя, как ноют ее невидимые бородавки. – Я т-теперь хочу быть доброй…
