— Нет! – с трудом сдерживая слюну, быстро ответил полицейский, глядя на оладьи, булочки, молоко и прочие редкие блюда. Ничего из этого он не ел уже больше двух месяцев. Как лидер флота выживших, Ван Цзянь каждый день ел в достаточной мере, однако его еда в основном состояла из риса, так как ничего другого практически не было.
Усмехнувшись, Юэ положил в отдельную тарелку пару оладий, пару булочек и, добавив к ним стакан молока, указал служанке, которая сразу же поставила блюда перед полицейским.
— Спасибо! – поблагодарил Ван Цзянь и, не слишком обращая внимания на манеры, тут же накинулся на еду, с удовольствием ее поглощая. Быстро съев завтрак, он, больше не заморачиваясь на этом, обратился к Юэ: – Что вы планируете делать с нашим флотом выживших? – все-таки там было более ста человек, и он как их представитель пришел узнать их судьбу.
— Я буду относиться к каждому точно так же, как и к выжившим лагеря Свежий-Ветер, – ответил Юэ, посмотрев на Ван Цзяня прямо. – Если вы хотите получать лучшее снабжение, то должны прикладывать больше усилий. Ни для кого не будет исключительного обеспечения.
После чего Юэ встал и, направившись к выходу, позвал:
— Следуйте за мной!
Чжоя Тун и три другие девушки торопливо доели и быстро последовали за ним. В отсутствии Юэ Чжуна они теряли чувство безопасности в этом новом для них месте, поэтому начинали себя вести весьма осторожно.
Покинув же виллу, Юэ Чжун направился на главную площадь, где уже собралось более двух тысяч выживших со всего лагеря Свежий-Ветер. Все они стояли с мрачными выражениями лица, никто из них не знал, что ждать от нового босса. Для них по большому счету не имело никакого значения, кто был их лидером Беспощадный Тяньян или Юэ Чжун, все, чего люди хотели, это выжить. Так как они живут исключительно ради выживания, по существу они напоминали ходячих трупов.
По обеим сторонам городской площади стояло 16 вооруженных бойцов, внимательно следивших за всеми собравшимися выжившими. Под многочисленными взглядами Юэ спокойно шел к центру сцены, в то время как Ван Цзянь и четыре девушки остановились на краю.
Среди собравшейся толпы были и выжившие из автоколонны. Так, Ван Ни, увидев среди четырех девушек свою бывшую подругу Гу Маньцзы, пришедшую с Юэ Чжуном, почувствовала сильный прилив ревности и нежелание признавать поражение: «Черт возьми! Почему этот парень не хочет меня?! Почему он хочет только Гу Маньцзы? Очевидно, я лучше нее! Почему? Почему?!»
Также среди выживших из автоколонны были и школьники, один из которых, признав в одной из девушек возле сцены Тун Сяоюнь, в оцепенении произнес:
— Это же Тун Сяоюнь! Она последовала за Юэ Чжуном?!
— Я действительно не ожидал, что она такая девушка! — сказал второй школьник, неприязненно смотря на бывшую одноклассницу, — Низкая женщина, продавшая свое тело в обмен на защиту этого парня.
Лица большинства школьников, смотревших на нее, были полны ревности и ненависти. В то же время некоторые школьницы, с завистью глядя на красивую одежду и довольный вид Тун Сяоюнь, ревниво думали про себя: «Тун Сяоюнь последовала за Юэ Чжуном! Если бы я смогла заставить ее порекомендовать меня, то также могла бы присоединиться к ним, и никогда больше не страдать и не мучиться, как сейчас».
Между тем Юэ Чжун, дойдя до центра сцены, встал на трибуну и, посмотрев на две тысячи собравшихся на площади, начал свою речь:
— Меня зовут Юэ Чжун! С сегодняшнего дня вы все мои граждане. Как мои люди, вы будете получать ежедневное снабжение в три миски каши. Хоть этого и не достаточно, чтобы наесться, вы не будете умирать от голода, этого хватит для выживания. Если же вы не хотите получать еды, то это ваше дело. Также я буду организовывать рабочие места для вас и те, кто будет работать, смогут получать больше еды и наедаться до отвала. Те, кто не хочет здесь оставаться, вольны уйти прямо сейчас, я никого не буду задерживать. Однако если вы остаетесь здесь и едите мою пищу, то вы должны следовать моим приказам. В противном случае, не вините меня за беспощадность.
После его слов глаза многих выживших загорелись, люди оживились и ни один не захотел уйти. Во время правления Беспощадного Тяньяна выжившие могли есть только подножный корм, словно куры или свиньи, только то, что могли найти среди диких растений. Любой, кто смог поесть кашицы, считался везунчиком. По сравнению с такими условиями предложение Юэ Чжуна, обещавшего три миски в день, было словно небесная благодать. Никто не желал самостоятельно выживать в сегодняшнем диком мире.
Даже выжившие из автоколонны и школьники, наполненные завистью или неприязнью по отношению к Юэ Чжуну, не осмелились покинуть лагерь. Без защиты полицейских Ван Цзяня они не проживут даже трех дней — обессилев от голода, они просто умрут в лапах зомби.
Понаблюдав за реакцией собранных людей, Юэ Чжун продолжил:
