Мир будет спасён! полностью

Шмыгнув носом, Андрей сел на пол и стал смотреть вперёд, на снежное одеяло, укрывшее всю Зону, насколько хватает глаз. Кажется, он даже узнаёт это место. Где-то рядом озеро, Олег там рыбачил как-то. Сомы водятся. Почти нет всякой мутированной гадости. Конечно, тут всё мутированное, но рыбу затронуло меньше всего. В большинстве случаев, рыба осталась почти такой же, какой она должна быть. Если конечно, большинство рассматривать в широком смысле - больше половины. И то, это если сильно мутировавшие обитатели рек и озёр, не наловчились избегать крючков. Вполне возможно, Олег вылавливает последних рыбин, привычного вида. Может быть, их осталось совсем мало, просто они ещё попадаются на удочку, а остальные уже нет…

-Уважаемый, - позвал Велес и когда Андрей обернулся, заговорил снова. – Мы оказались в сложной ситуации. Кругом враги, до фронта далеко, а Москва передаёт, что нас тут нет. Печальная ситуация, трудное положение, из которого выбраться мы сможем лишь сообща.

-Хех. – Скептически ответил Андрей. Это тебе не гаражи за городом. Из таких ситуаций, живыми не выбираются. Вот тебе и плата за излишне пылкую любовь Зоны – вырвала из лап смерти, спасла от неминуемого печального финала. Зачем? А что б бросить их в ещё более отчаянное положение. Шуточки у Зоны такие себе, а любовь у неё в сильно извращённой форме.

И всё же, даже так, в Зоне есть нечто притягательное, нечто правильное. Она жестока, она не всегда справедлива. Но она ли виновата, что всё вот так кончится? С пулей в башке или от клыков мутанта, Зона ли повинна в этом? Не Зона заставила их прыгнуть в аномалию, а собственный страх.

Велес поднялся на ноги, подошёл ближе.

-В общем, Шутник, выбраться мы можем лишь сообща, как я уже и сказал. А посему, пошёл я искать то самое сообща. Вернусь до Выброса.

И просто взял и ушёл.

-Чёртов ты псих. – Выдал напутствие в дорогу Андрей.

Он не опустил рук, он не собирался сдаваться. Этому Велесу крышка. Без оружия, без датчиков, пошёл шляться – он покойник. Но они ещё нет. Нужно найти выход, нужно придумать, как быть, как выпутаться из этого капкана.

Пока, в голову ему никаких идей не приходило.

Лишь пустая звенящая тишина, нарушаемая только тоскливым свистом зимнего ветра.

6.

Очень долго Андрей оставался здесь совсем один. Олег не приходил в себя, артефакты радостно светились из ящиков, в пещере и на улице становилось всё холоднее, а белые поля Зоны, не разрождались ничем и никем. В какой-то момент ему начало казаться, что из этой передряги уже не выбраться, что оба они тут и помрут. Олег, возможно, помрёт раньше – непонятно что с ним произошло, но он лежал на земле неподвижно и не реагировал ни на что. Словно в кому впал. При этом дышит ровно, размеренно. Лицо чуть бледное, видимых повреждений нет. Разве что всё ещё немного пахнет палёной тканью – плащ ему теперь точно выбрасывать придётся…

Ничто не остаётся неизменным, закон жизни и абсолютное правило Зоны. Так и сейчас, безмятежность окружающего мира, вскоре канула в небытие.

Он увидел его раньше, чем мутант появился перед глазами. Он не прятался, даже не пытался подкрасться или затаиться, словно понимал, что у людей в пещере нет оружия, нет ни какой возможности защититься. В какой-то степени мутант был прав.

Андрей услышал скрип снега и вскоре увидел следы. Цепочка отпечатков медленно приближалась к ним. Почти человеческие следы, если не считать чуть более вытянутую стопу и удлинённые, конусообразные отпечатки пальцев – это, на самом деле, не совсем пальцы. Просто на них есть длинные, острые когти. Они достаточно широкие и крепкие, что б создавать такое обманчивое впечатление от следа. Когда-то, как говорят бывалые сталкеры, по этим следам можно было определить, кто их оставил – человеческая химера или кровосос. Теперь, уже нет, их когти на ногах стали слишком похожи.

Что могут противопоставить такому зверю, обычные люди? Пусть выносливые, пусть прошедшие жесточайшую школу выживания, предоставленную Зоной? Да ничего. Даже убежать не получится. Разве что рискнуть, поставив на один шанс из тысячи, что тебе удастся остаться в живых, в смертельной гонке. Проще говоря – сломя голову ринуться бегом по полям и ухабам, постоянно вихляя из стороны в сторону, вынуждая мутанта делать то же самое. Гонка со смертью, в которой кто-то один, обязательно наступит на аномалию. В таком забеге, мутант поддастся охотничьим инстинктам, он обязательно кинется за своей жертвой, оглашая местность громогласным рыком. И его звериные, сильно превосходящие человеческие рефлексы, инстинкты и реакция, ненадолго сравнятся с человеческими. Точнее, их превосходство будет нивелировано адреналином или что там у мутантов вместо него, и жаждой настигнуть беззащитную жертву.

В общем, почти гарантированное самоубийство – вот что человек может противопоставить мутантам Зоны, оставшись в поле без оружия.