Мекликов, на прежние места жительства эмигранты практически не возвращались. Все они стали относиться к категории временно проживающих. Получившие право обратного возвращения на Кавказ, селились в разных местах, но без права на земельный пай. Некоторые общины принимали обратно своих бывших членов, но зачастую делали это из снисхождения и неохотно, так как приходилось делиться с возвратившимися из Турции земляками. В то же время многие аулы пустовали, земли были заброшены, но они стали достоянием государства и селиться там не разрешалось509. Представители высших сословий горцев, вернувшись из Турции, автоматически теряли свои привилегии, так как в области к этому времени была проведена земельная реформа. Некоторым бывшим господам предоставили кров их же холопы. Представители Высших слоёв общества стали выполнять тяжёлую физическую работу, раньше считавшуюся для них позорной. Весь уклад их жизни коренным образом переменился510.
Возвратившиеся в Терскую область чеченцы были в основном поселены в Надтеречном наибстве. Предполагалось поселить чеченцев в Ставропольской губернии511. В 1872 году, по Указу Государственного Совета, возвратившиеся чеченцы были поселены на казённых землях Кизлярского уезда среди русского населения. На первоначальное обзаведение хозяйством правительство выделило чеченцам из казны 5 тыс. рублей512. Осенью 1868 года уроженцы Урус-Мартановского наибства, тайно перешедшие границу, были отправлены для поселения в Лабинский округ Кубанской области для того, чтобы: «…своим нищенским видом и рассказами о претерплённых ими бедствиях охладить в Лабинских жителях стремление к переселению в Турцию»513. В виде «особенной милости» Его Высочество разрешил чеченцам поселиться на Кубани514. Несколько из прибывших в Тифлис партий направлены были в Кубанскую область, но при следовании туда они все были задержаны во Владикавказе и затем, по распоряжению начальника Терской области, водворены в Чечне, на местах их прежнего жительства. В 1868 году несколько небольших партий мухаджиров были отправлены в Чечню не по Военно-Грузинской дороге, а окружным путём – через Закатальский округ Дагестанской области. Власть рассчитывала на то, что бедствующий вид чеченских переселенцев заставит забыть жителей Дагестана об эмиграции в Турцию. Однако мера эта не привела ожидаемого эффекта, дагестанцы воспринимали чеченцев как правительственных агентов, мешавших им эмигрировать в единоверную Турцию515.
В 1892 году начальник Терской области С.В. Каханов выступил с проектом перемещения наиболее «неблагонадёжных» чеченских аулов в степи Ставропольской губернии, а по данным Б.П. Берозова, примерно в то же время в кругах кавказской бюрократии обсуждался план переселения безземельных горцев в Сибирь и Среднюю Азию, однако обе эти невероятно затратные, как с политической, так и с финансовой точек зрения идеи реализованы не были516.
В 1880–1890 гг. наблюдался новый всплеск переселения горцев с Северного Кавказа в Турцию в больших масштабах. В 1893 году было столько желающих переселиться в Турцию, что участились случаи переселения без разрешения властей. Ещё в 1876 году из Стамбула (Константинополя) в Кавказское горское управление, 7 февраля поступило очередное тревожное предупреждение от посла России Н.П. Игнатьева, в котором говорилось, что возглавляемое им дипломатическое ведомство уже не раз обращало на это внимание краевых властей. В послании также указывалось на недостаточность «надзора на границе и об огромном количестве лиц, находящих возможность прибыть в Турцию без паспортов и без дозволения начальства»517.
Но в тоже время имело место и возвращение чеченцев на свою родину518. Ранее чеченцы жили на Тереке, но постепенно казаки и русские переселенцы вытеснили их. Отсутствие справедливости при земельном распределении, недостаток средств существования заставили многих горцев эмигрировать за границу519. В 1888 году чеченцы жаловались властям на земельное стеснение, но их просьба привела к тому, что часть их была выселена в Турцию520. Горцев подталкивало к выселению и христианское население Терской области, прямо заинтересованное в приобретении новых земель и имуществ, распродаваемых чеченцами по низким, бросовым ценам521.
