В 19-10 помощник напомнил о встрече с автором. Андрей перестал читать, компьютер выключился. За окном, оказывается, уже стемнело, шёл дождь, сверкала, пела и кружилась реклама. Выйдя из каморки, которую занимало издательство, Андрей обнаружил, что здание уже почти опустело. Редким счастливцам – работникам офисов – трудиться допоздна было несвойственно, и они разбегались при первых намёках на наступление вечера. Малюсенькие комнатушки в огромном небоскрёбе - витрина и статус любого бизнеса; в витринах следует красиво сидеть, а не работать. Умученные витринной жизнью сидельцы спешили покинуть постылую свою работу, и попрятаться в таких же витринных квартирах и клубах.
То, что Андрей называл своим офисом, задумывалось, вероятно, как подсобное помещение. Или кладовка. Или стенной шкаф, а может даже и антресоль. С видом из маленького окна на широкую улицу. Но это всё равно дорогостоящее удовольствие – снимать офис, и позволить такие траты может себе далеко не каждый.
Андрей, например, не мог – за аренду платило издательство. Оно, издательство это, в лице замдиректора, всякий раз при неизбежности оплаты, начинало вести пространные разговоры о пользе и выгоде работы на дому. Андрей же в ответ сбивчиво и путано излагал домашние обстоятельства. Что дома есть маленькие дети и мелкие домашние животные. Что также есть большие дети с несанкционированным доступом к текстам. И есть животные крупные, а оттого не очень домашние. И что вот эти последние, объединившись со всеми предыдущими, совершают пиратские рейды, во время которых легко берут на абордаж его, Андреево, рабочее пространство. И что даже без такой квалифицированной помощи, он легко теряет десятки единиц текста в час, причём ни компьютер, ни помощник не знают где искать и как он это делает.
Издательство от таких аргументов терялось и нервничало, за офис платило исправно.
Подойдя к машине, Андрей привычно погладил её по сканеру. Машина немедленно отозвалась, однако не в том смысле, чтобы завестись или открыть дверь. Совсем наоборот: гнусавый голос сообщил, что «Ваш энергокредит исчерпан. Для дальнейшего пользования услугой следует оплатить счёт» и на двери появилась никого не радующая надпись, дублирующая голос.
- Почему не оплатил? – поинтересовался Андрей у помощника. Помощник невозмутимо ответил: «Состояние вашего счёта исключает оплату кредитов».
- А какое сегодня число? «Пятое октября две тысячи сто одиннадцатого года».
- Та-ак. Отправляй тексты с рецензиями. Копии – на авторов. Получи три тысячи и оплати энергокредит. И вообще оплати всё, что там ещё нужно.
Было холодно, мокро и ветрено. Андрей с тоской проводил взглядом проехавшую машину. Торчать тут ещё минут десять?
- Адрес автора? «Восточный регион, улица 5, Монте-Брил-7, корпус 8, апартамент 43-р.».
- Так это же рядом совсем. Обойдёмся без машины. Сделай, чтоб было сухо. И включи погромче музыку. Прогуляемся пешком.
Андрей очень давно не ходил пешком по Восточному региону, точнее вообще никогда не ходил, и своё знакомство с этой частью города ограничивал исключительно разглядыванием привычных чистеньких улочек из окна машины. Да и просто ходить пешком по городу ему давно не случалось. Давно, лет семь наверное. Впрочем нет, меньше. Пешие прогулки почему-то очень любила его бывшая жена. Так что меньше. Лет пять. Потом они уже не гуляли. Как-то не до того было.
Но пять лет – это тоже много, и Андрей с непривычки шарахнулся от новомодной экспресс-рекламы. Реклама явно была рассчитана на людей любящих сюрпризы; и перед Андреем внезапно выросла из-под земли здоровенная сиреневая крыса со сверкающими зубами. Крыса собралась было отведать человечинки, и вдруг сменилась сисястой девкой в цветных лохмотьях. Девка призывно скалилась и подмигивала. «Это что ж они такое рекламируют? Новый стерео-спектакль, надо полагать – ошеломлённо подумал Андрей, - или новые интерфейсы помощников?».
- Отключи голограмму. «Уже отключил».
- Отключай её проклятую сразу же, если мне ещё когда-нибудь вздумается так прогуливаться!
Колени ещё дрожали. Не привык он к неожиданно атакующим сиреневым крысам. А вот и дом автора.
Андрей смотрел на дом, и дом ему не нравился. Отличный, новый дом. Затейливая многоэтажная громадина. В таких домах живут люди и не подозревающие о проблеме оплаты кредитов. Стоимости квартиры в таком доме Андрею вполне хватило бы на всю жизнь. И внукам бы ещё осталось. Живут здесь люди богатые, респектабельные и успешные. Так сказать, цвет общества. Но (вот беда!), никогда люди эти не пишут депрессивных антиутопий с суицидом главного героя в финале. Не пишут – и всё тут. Никогда.
Зачем так категорично – никогда, думал Андрей, может автор тут работает например, в качестве прислуги. Хотя…а зачем тогда встречу по месту работы назначать? Ну, или живёт в отсутствие хозяев, родственников своих. Кошку, скажем, кормит. Или коллекцию шуб проветривает. Вместо помощника. Такое тоже бывает.
- Скажи автору, что мы, то есть я конечно, пришёл.
