Мы выехали за околицу деревни, и углубившись примерно на пол-лиги в лес, спешились с коней. Пришлось помудрить, но щит мы выплетали уже на раз, а поэтому каждое плетение, сотворенное нашими совместными усилиями, мы растягивали в виде тонкой паутины и закутывали каждого из нас с ног до головы. Получилось вроде бы неплохо, по крайней мере он облегал все тело как вторая кожа, и был незаметен тем, кто не обладал магией. И еще мы решили временно убрать защиту от чтения мыслей, потому что в случае нападения, мы не сможем переговариваться, а обсудить возможно что-то придется. Корину пришлось довериться нам, потому что ментально он с нами разговаривать не мог. А значит придется смотреть на нас и подстраиваться под наши действия. Неудобно, а что поделать.
- Проверим? - Лан вопросительно склонил голову, глядя на нас.
- А как? - спросил Дар.
- Я вижу только одну возможность, взять кинжал и ударить, - подумав сказал Лан.
- Эмм-м, - Корин задумался, гляда на Дара. - Давай тогда меня.
- Боишься за него? - усмехнулся Лан, - напрасно, я скорее себе причиню боль чем ему. Он наша надежда, ты не забыл?
Корин обреченно вздохнул.
- Ладно, как скажешь.
Дар подошел к Лану и уставился ему в глаза:
- Бей.
- Давай руку, - хмыкнул Лан. - Если не сработает, я вылечу.
Он размахнулся и ударил стилетом, целясь прямо в ладонь. Корин резко выдохнул, напрягшись, а я съежилась, ожидая самого плохого, но у нас все получилось. Стилет отскочил от ладони как мячик от стены, не причинив никакого вреда.
Дар покрутил перед глазами свою руку и усмехнулся:
- Надо же, и в правду работает.
- Молодец, - Корин с одобрением посмотрел на Лана. - Вы все молодцы!
Мы поулыбались друг другу, залезли на коней и двинулись дальше. До эльфийской границы оставалась пара лиг.
Глава 3.
Вокруг нас стремительно сгущалась темнота. Лес потемнел, редкие лучи солнца уже не пробивались сквозь почти голые ветви деревьев. Копыта тихо шуршали опавшей листвой. Мы ехали не торопясь. До границы осталось всего ничего, и мы единогласно решили остановиться на ночлег на землях эльфийской Империи. Я смотрел на Корина, который ехал впереди нашего отряда. Вторым был я, за мной держалась Эль, потому что ее к'ярд не хотел выпускать из виду свою Грацию, и замыкал процессию Лан. Мы внимательно вслушивались в окружающий нас лес. Кстати, я тоже стал слышать намного лучше чем раньше. И зрение стало намного острее. Может это эльфийская кровь виновата?
"Ага", - пришло ментальное от Лана и Эль. Ну и отлично. Обострившиеся чувства мне не повредят.
"Лан", - мысленно обратился я к нему, - "не держи зла на Корина, пожалуйста. Он ведь на самом деле не со зла".
"Я понял и простил его", - ответил Лан. - "Но как-то я привык, что мне всегда верят на слово, а тут меня поставили в тупик. Я даже представить не мог что он не знает об эльфийской честности".
"А эльфы вообще никогда не врут?" - удивилась Эль, - "вообще-вообще никогда?"
"Не лгут", - ответил ей Лан, - "но могут ответить на твой вопрос так, что ты и не поймешь, что именно тебе сказали. Обойдя все острые углы. Политес тоже у нас в крови".
"Ясно", - хихикнула она, - "опять учиться. Я этого не умею".
"Научишься" - улыбнулся Лан, - "впереди у тебя целая жизнь".
"Тсс, слышите?" - вдруг подумала она.
Я внимательно прислушался. Впереди дорога поворачивала резко влево и терялась за деревьями. Было уже достаточно темно и не разглядеть, что было там, за поворотом. Но оттуда послышался громкий шорох листвы, который бывает, когда по лесу движется что-то достаточно тяжелое. Это я уже усвоил за несколько дней нашего путешествия. И так же внезапно смолк.
"Там кто-то есть", - подумал Лан, - "и несколько. Больше одного".
- Корин, - позвал я тихо, но он услышал и сразу обернулся, - приготовься, похоже за поворотом нас ждут.
Он кивнул и уставился на дорогу впереди себя, ощутимо напрягшись.
Эль завозилась, проверяя свои кинжалы, прикрепленные к поясу.
Вот и поворот дороги. Сразу за ним мы увидели в сгустившихся сумерках тяжелое поваленное бревно вдоль дороги, а на нем сидящую женщину, которая горько плакала. Лан мысленно прикрикнул на Эль, которая, видимо, собралась спрыгнуть с к'ярда и подбежать к пострадавшей: "Не смей слезать с коня! Сейчас разберемся".
Мы подъехали к женщине поближе. Я внимательно ее рассматривал. Она была одета в обычное серое холщовое платье, перепачканное в траве и земле, довольно миловидное лицо было заплаканным. На вид лет тридцати пяти - сорока, точнее не скажешь.
- Уважаемая, - обратился к ней Корин, - у вас что-то случилось? Мы можем вам помочь?
Она подняла на него глаза и простонала: