Седрик знал про эту ловушку. Вчера он смотрел, как Дэвви с Карсоном её устанавливали. Две корзины закрепили на распорках, которые вращались под действием течения, как колесо. Корзины должны были выхватывать рыбу из воды и сбрасывать по желобу в плетеную вершу. Дэвви с Карсоном потратили на её сооружение несколько дней. Если ловушка окажется удачной, они собирались сделать ещё несколько, чтобы немного уменьшить труды по ежедневной добыче еды для драконов.
— Он не проверял ловушку для рыбы, — негромко сказал Карсон, отходя к Седрику.
Кало присел, и Дэвви, взволнованно охая, осматривал развернутые крылья дракона на предмет ещё каких-либо травм. Лектер с виноватым видом вел Сестикана вниз по течению, чтобы отмыть.
Седрик заметил, как паренек украдкой поправляет ремень. Карсон недовольно качал головой, но Седрик невольно улыбнулся.
— Да, они не этим занимались, — сделал он вывод.
Карсон бросил на него взгляд, который моментально согнал с его лица улыбку.
— В чем дело? — спросил Седрик, сбитый с толку суровым выражением лица Карсона.
Тот тихо проговорил:
— Нам нельзя с этим мириться, Седрик. Обоим паренькам надо быть ответственнее.
— Нам нельзя мириться с тем, что они вместе? Как мы можем их осуждать, не превращаясь в лицемеров?
Слова Карсона ранили Седрика. Он ждёт, чтобы пареньки скрывали свое увлечение друг другом? Он осуждает их за то, что они не таятся?
— Я имел в виду не это. — Старший мужчина положил руку Седрику на плечо и заставил отвернуться от Кало. Он тихо добавил: — Они ещё мальчишки. Они нравятся друг другу, но тут дело в плотских открытиях, а не друг в друге. В отличие от нас. Их игры могут подождать, пока они не закончат свои дела.
Мужчины двинулись вверх по склону по пропитанной водой траве. Релпда сделала несколько шагов следом за ними, а потом резко повернулась и направилась к берегу.
— В отличие от нас, — еле слышно повторил Седрик.
Карсон покосился на него и кивнул. Уголки его губ приподнялись в улыбке, которая зажгла в животе у Седрика пламя. Седрик хотел надеяться, что Карсон выбрал это направление потому, что они идут к себе домой. Маленькое и холодное строение из простого камня с плитняковым полом было почти не лучше пещеры, но хотя бы крыша у него не пропускала дождь, а труба давала нормальную тягу. Если они разжигали в очаге яркий огонь, там становилось почти тепло. Почти. Ему подумалось о других способах, с помощью которых там можно было не замерзнуть.
Словно прочитав мысли Седрика, Карсон сказал:
— Некоторые дела откладывать нельзя. Нам надо пойти в лес и попробовать найти ещё поваленных деревьев. Те сырые дрова, которые ты пытался жечь прошлой ночью, давали только дым, а не тепло.
Он оглянулся на Дэвви и Лектера. Кало пригибался, вытянув шею, чтобы паренек мог осмотреть кислотный ожог у него на горле. Под руками своего юного хранителя громадный зверь успокоился и казался почти безмятежным.
— Он подходит Кало гораздо больше Грефта, — заметил Седрик.
— Мог бы подойти, если бы был старательнее. — Как всегда, Карсону трудно было хвалить паренька. Он любил Дэвви, как сына, и, словно отец, предъявлял к нему самые высокие требования. Он отвел взгляд и покачал головой. — Я понимаю, что они с Лектером увлечены друг другом, но это все равно не повод пренебрегать своими обязанностями. Мужчине положено сначала выполнить свой долг, а уже потом думать об удовольствиях. А Дэвви уже достаточно взрослый, и я ожидаю, что он станет поступать так, как положено мужчине. Чтобы наша экспедиция выжила, каждый должен вкладывать в это свою долю трудов. Когда настанет весна или когда мы получим припасы, тогда Дэвви можно будет расслабиться и потакать своим желаниям. Но только тогда. Им обоим надо каждый день ухаживать за драконами, а уже потом думать о чем-то ещё.
Седрик понимал, что Карсон не собирался укорить его этими словами, однако бывали моменты, когда он очень остро ощущал отсутствие у себя каких бы то ни было полезных навыков. Отец, бывало, называл подобных людей «никчемными, как сиськи на быке». «Я в этом не виноват, — заверил он себя. — Просто здесь я как рыба без воды. Если бы я вдруг перенес Карсона в то общество, к которому привык в Удачном, это он чувствовал бы себя никчемным и неуместным». Можно ли считать недостатком то, что Седрик успешнее смог бы подобрать вина для пиршества или указать портному, как перешить куртку, а не махать топором, превращая бревно в поленья, или разрезать добычу на такие куски, которые поместились бы в котел? Он так не считал. Его нельзя назвать никчемным или некомпетентным человеком. Он просто оказался вне той области, в которой лежат его умения. Он посмотрел вокруг себя — на залитый дождем склон холма и мрачный лес. Очень далеко от той области, в которой лежат его умения.
